– Только в коридоре.

– Но можно ведь посмотреть, кто шёл по коридору.

– Я попрошу службу охраны это сделать. Но это не отменяет того, что теперь тебе не в чем выступать.

– А я знаю, кто это сделал. Илья Миронов.

– Почему ты так считаешь? – она смотрит на меня с удивлением.

– Он меня не любит. И хочет отомстить, – выпаливаю со злостью. Вряд ли Лариса Владимировна сможет что-то сделать. Если уж директор не может найти на него управу.

Но все равно. Я молчать не буду. Не оставлю это ему просто так!

– Я бы не стала только на основании этого его обвинять. Нужны доказательства.

В её словах есть логика. Но злость мешает мне думать и рассуждать.

Злость и ненависть.

Ненавижу его.

– Нужно рассказать директору.

– Я уже позвонила ей. Она в курсе.

Словно в подтверждение её слов, в класс заходит Агата Ефимовна.

Она молча осматривает картину бедствия. Губы сжаты в тонкую полоску. На лбу выступила венка. Я вижу её в четвёртый раз, и это впервые, когда от неё в прямом смысле исходят волны гнева.

Ещё бы. Она лично придумала костюм, потратила время, а ещё и вложила немаленькие деньги. Не свои, конечно, но все же.

Момент очень даже подходящий.

– Я знаю, кто это сделал! – привлекаю внимание Агаты Ефимовны на себя.

Мою гневную речь директор выслушивает молча. Ощущение такое, будто она полностью в своих мыслях.

– А что здесь такое? – в классе появляется Ева. А за нею Даша и Женя. Они осматривают класс у входа, так и не осмеливаясь пройти дальше. Тут самый настоящий погром. Но порезали только моё платье. Порезал. Миронов. Девчонкам ему не за чем мстить. Особенно Жене.

– Я разберусь. Сейчас нужно решить, в чем вы будете выступать, – говорит Агата Ефимовна. – Испорчено ведь только платье Каролины. Самое главное.

– Есть старые костюмы. Мы можем посмотреть в костюмерной, – предлагает Лариса Владимировна. – Года два назад мы танцевали на новый год в белых платьях. Можно попробовать, на контрасте. Девочки будут в чёрных, а Каролина в белом.

– Можно.

– Так они все на высокий рост. Каролине скорее всего не подойдет, – подает голос Женя. Злорадствует. Может они с братом и провернули это вместе? Такая мысль тоже посещает мою голову.

– Ты права. Каролина еще и худая, на ней просто повиснет это платье, – констатирует хореограф.

– Я могу его подшить.

Все внимание тут же концентрируется на мне. Ещё бы. Вряд ли кто-то здесь может пришить хотя бы пуговицу.

– А как? Ты умеешь?

– Конечно. В идеале на машинке. Но если времени мало, сделаю это руками по пути. У меня и нитки с иголкой есть, – добиваю всех присутствующих.

Я вдруг чувствую такую лёгкость. И все у меня получится. Обязательно. Сколько бы мне не строили козней, грубили, обижали. Я все смогу.

– Тогда быстрее.

– Девочки, собираем костюмы, пакуемся и в автобус. Каролина, а мы с тобой по-быстрому в костюмерную.

Так мы и делаем. Директор организует девчонок, а мы с Ларисой Владимировной идём искать новый костюм.

Платье оказывается бело-серого цвета. Из нежнейшего фатина. Рукава-фонарики, пышная юбка. Такая баба на чайнике.

– Что-то я подзабыла, как оно выглядит, – разочарованно тянет хореограф.

А я сразу вижу, что можно переделать.

– Можно? – раскладываю платье на полу. Она кивает и я приступаю к процедуре улучшайзинга. Отрываю дурацкие рукава и нижний слой юбок, чтобы облегчить платье.

– Ого. Это ты здорово придумала.

– Помогите мне.

Я надеваю платье и вижу, что оно реально доходит до пола. В талии тоже широко, но не критично.

– Ножницы есть?

– Были, – Лариса Владимировна роется в тумбочке у входа.

– Подрезать надо вот здесь, тогда длина будет три четверти.

– Режу, – она послушно выполняет мою команду.

Я замечаю, что ушивать надо сантиметра по два с обеих сторон. Сделаю по дороге. Заодно и обработаю края на рукавах.

– Едем?

– Не знаю, сработает или нет. Но это очень здорово.

– Скоро узнаем. Главное держать платье на виду. Второй раз у меня так не получится.

– Конечно.

Мы выходим в коридор. Перемена уже заканчивается и в коридоре почти никого нет.

– Каролина, я на минуту. Закрою класс.

Я киваю и остаюсь ждать Ларису Владимировну. Только сейчас обращаю внимание, что стою у библиотеки. Прямо рядом с логовом зверя. Как иначе назвать того, кто сделал это?

Миронов выходит не спеша со звонком и тут же натыкается прямо на меня.