– Неужели? – процедил Берти. Констебль кивнул:

– Я говорил им, что вы – важная персона, и не можете быть повинны в столь развратном деянии, но леди желала убедиться лично.

– И была права! – фыркнула миссис Харрисон. – Вот эта неблагодарная девчонка!

Позади загалдели слуги. Они все еще не могли понять, что происходит. Долг призывал их прийти на помощь своему хозяину, но присутствие констебля придавало всей скандальной истории правдоподобность.

Одри побледнела и оглянулась, но отступать было некуда. Даже если она убежит и закроется в спальне, с констебля станется взломать дверь, чтобы передать ее тете. Почувствовав ее страх, дом скрипнул.

“Убьем их всех? – предложила Тьма. – Никто и не узнает…”

Искушение мнимой свободы грело душу, один приказ и…

– Нет, – еле слышно прошептала Одри.

– Милорд, – страж порядка тем временем вопросительно взглянул на Альберта, ему категорически не нравилась вся ситуация, и он предпочел бы оказаться за много миль от Нортленда, предоставив аристократам разбираться самим. – Вы подтверждаете это?

Капитан смерил его самым надменным взглядом.

– Разумеется нет! Мисс Одри – моя кузина, и сегодня утром она оказала мне честь и приняла мое предложение.

– Предложение? Какое предложение?– охнула миссис Харрисон, прикладывая руку, туда, где по ее мнению находилось сердце. Одри был прекрасно знаком этот жест, предшествующий скандалу.

– Стать моей женой, разумеется, – процедил Альберт. – Мы обвенчаемся, как только получим разрешение архиепископа.

– Что? – опешил мистер Харрисон.

Сопровождавший его мужчина, до этого державшийся в тени, выступил вперед. Альберту он показался смутно знакомым, словно он мельком видел раньше это лощеное лицо. Одри тихо вскрикнула:

– Вы?

– Рад видеть вас мисс де Лакруа, в добром здрави, – викарий Торнотон поклонился. —К сожалению, капитан Линдгейт, вынужден вас разочаровать, ваша помолвка незаконна. Мистер и миссис Харрисон – родственники мисс де Лакруа, и только они имеют право дать согласие на этот брак. Так что ее руки вы должны были просить у них.

Альберт скрипнул зубами, понимая, что соперник бьет по чрезмерному самолюбию Харрисонов.

– Мисс, – констебль пытливо посмотрел на Одри. – Что вы скажете? Вы знаете этих людей?

Девушка с отчаянием взглянула на Альберта. Он едва заметно покачал головой, призывая не признаваться.

– Я… – прошептала она. – Я не понимаю, о чем вы…

Викарий картинно закатил глаза:

– Ложь не к лицу юной девушке, мисс. Но я прекрасно понимаю, кто виноват в вашем падении, – он выразительно посмотрел на капитана.

– Выбирайте выражения! – процедил тот. – Иначе я не посмотрю на ваш сан и потребую извинений!

– Берти! – предупреждающе воскликнула Джорджиана. Она подошла и стала рядом с братом. – Не стоит принимать все так близко к сердцу. Что же касается вас, господа, то вам лучше прийти утром.

– Чтобы эта девчонка снова сбежала! – взвилась миссис Харрисон. – Ну уж нет! Она отправится с нами!

Она схватила Одри за запястье и попыталась потянуть за собой.

– Отпустите! – девушка забилась, пытаясь выдернуть руку. – Я никуда не пойду с вами!

Берти дернулся, но Джорджиана удержала его за рукав:

– Ты же знаешь, что это – правда, и у них есть доказательства, – зашептала она. – Вмешайся ты сейчас, ты нарушишь закон и угодишь за решетку, как тогда ты поможешь Одри?

Капитан только стиснул зубы и прикрыл глаза. Каждый крик Одри отзывался в его сердце, а в голове проносились абсурдные мысли по поводу ее освобождения.

– Пойдешь, как миленькая! – тем временем бушевала миссис Харрисон. – Констебль!

– Мисс, если все, что утверждают эти люди правда…

– Они лгут! – в отчаянии выпалила она.

Викарий покачал головой.

– Одри, Одри, ложь вам не к лицу. Вижу, мне предстоит много работы в наставлении вас на путь истинный…

– Вы? – фыркнула Джорджиана. – Насколько мне известно, вы сами едва не лишились сана!