– Думаю, часа через два, – вмешался Альберт, вкладывая пару монет в руку парню. – А теперь ступай.

Конюх поклонился и направился обратно в усадьбу Чоллакомбов.

– Джон-Джозеф, отведи эту тушу на конюшню, хорошенько почисть и поседлай к половине одиннадцатого, – распорядился Альберт.

– Да, капитан. Пойдем!

Последнее относилось к животному. Вороной снова вскинул голову, навострил уши и встревоженно заржал. Кони капитана моментально ответили.

– Да пошевеливайся! – Джон-Джозеф шлепнул ладонью коня по крупу и скрылся в темноте прохода.

– Почему вы хотите, чтобы лошадь подготовили раньше? – поинтересовалась Одри.

– Потому что сперва я сяду на него сам, – спокойно пояснил капитан. – Не могу же я сажать вас на незнакомую лошадь.

– Мне кажется мы уже с ним познакомились.

– Возможно. – отмахнулся он. – В любом случае, предлагаю продолжить наш разговор за завтраком.

Возражать Одри не стала. Быстро поев, она вернулась в спальню и позвала Пейдж.

Чуть позже обе огорченно рассматривали скудный гардероб. Костюма для верховой езды у Одри не было, а те платья, которые лежали на кровати совершенно не подходили для того, чтобы рассекать в седле по округе.

– Придется отказаться от прогулки, – в голосе девушки слышалось искреннее огорчение. Мысленно она уже ехала вдоль побережья к знаменитой Пиратской бухте.

– Может, стоит посетить мисисс Гроув? – с надеждой предложила Пейдж. Одри только покачала головой:

– Мы не успеем.

Половицы на чердаке вдруг заскрипели. Пейдж осенила себя святым знаком:

– Неужто призрак? Или крысы, того не легче!

– Это дом, – Одри прислушалась. – Он хочет нам сказать… Чтобы мы пошли на чердак?

Ставень тихо скрипнул. Горничная охнула и вцепилась в руку хозяйки:

– Мисс, не ходите!

– Что за глупости, – оборвала ее девушка. – Что может случиться?

Не дожидаясь ответа, она направилась наверх, радуясь, что на ней все еще старое платье, которое можно испачкать без зазрения совести.

Как только она поднялась, дверь приоткрылась. Особняк приглашал войти внутрь. Одри перешагнула порог и огляделась. Как и все помещения подобного рода, чердак использовался для хранения старой мебели и давно вышедших из моды вещей, которые были слишком ценны, чтобы просто так выбросить их. Стулья с протертой обивкой, два огромных кресла, несколько напольных ваз.. Одно из окон вдруг распахнулось, впуская солнечные лучи. В углу блеснули металлические уголки огромного сундука. Понимая, что особняк зовет ее именно туда, Одри подошла и смахнув пыль первой тряпкой, которая попалась под руку (кажется, когда-то это была вышитая гладью салфетка), откинула ее. В сундуке хранились платья. Девушка принялась осторожно перебирать их. Сшитые из бархата и парчи, с шлейфами и кринолинами, они вряд ли могли пригодиться, кроме одного.

– Это же костюм для верховой езды! – охнула Одри, вытаскивая на свет пышную алую юбку с шлейфом и такой же жакет. Она прижала наряд к груди и подняла голову, смотря на потрескавшиеся от времени балки. – Спасибо!

Черепица на крыше зашуршала, особняк радовался вместе с той, кого избрал своей хозяйкой.

Костюм, хоть и выглядел, как новый, оказался велик. Поэтому Одри заколола пышную юбку булавками на талии, к сожалению с жакетом нельзя было проделать тоже самое. Пришлось еще раз подняться на чердак и посмотреть оставшиеся сундуки. Там хранилась мужская одежда, но среди рубашек и бриджей девушка нашла несколько сюртуков, и даже сапоги, которые были слегка великоваты. Судя по фасону и размеру, одежда принадлежала скорее подростку, но на Одри один из сюртуков сел гораздо лучше, чем жакет.

Дополнив наряд перчатками, купленными в галантерейной лавке, она радостно сбежала по лестнице и столкнулась с Альбертом, который как раз входил в дом.

– Эта кляча вообще не бежит. Так что, Одри, если вам удасться заставить его сдвинуться с места, это будет достижение! – он вдруг осекся и вперил в девушку гневный взгляд. – Откуда у вас этот сюртук?

Голос звучал очень резко. Легко было представить, что именно таким тоном капитан Лингейт говорит с провинившимися солдатами.

– Я… я, – под пристальным немигающим взглядом Одри съежилась и начала заикаться. – Он л-лежал в с-сундуке на чердаке. Я н-не знала…