— Я... я... — она густо покраснела, кусая искусанные в кровь губы. Было видно, как в ней борются страх и раздражение. — Они хотели заставить меня проклясть человека! Насмерть! А я не желаю быть такой, как они! Не желаю!

— Как долго они тебя здесь держат? — голос Кейгана звучал как на допросе, но я видела, как он краем глаза всё время следит за мной, проверяя, не стало ли мне дурно от близости камеры отца.

— Около года.

— Кто ты? Как тебя зовут и где твои родители? — продолжил император, не давая ей опомниться.

— Меня зовут Абигейл. Я сирота. Жила недалеко от Горной Гряды, там наше поселение... — на словах «наше поселение» она вдруг осеклась. Её челюсти плотно сжались, а в глазах мелькнула паника.

— Что не так с твоим поселением? — Эрэйн был безжалостен, мгновенно уловив её заминку.

— Ничего!

— Расскажи, — приказал он. И в этом слове было столько первородной, императорской силы, что даже мне стало не по себе. Он давил на неё, желая получить правду здесь и сейчас.

— Я туда не вернусь! — вдруг истошно, на грани срыва вскрикнула Абигейл, отступая на шаг. — Эти уроды! Орден Возрождения продал меня ведьмам! Продал, как скот!

И прежде чем кто-либо успел осмыслить сказанное, она сделала то, чего не ожидал никто.

Резко развернувшись, Абигейл вскинула руки. Раздался тошнотворный хруст костей, ослепительная вспышка — и вместо истощенной девчонки под каменные своды рванулась птица.

Она истошно каркнула, ударилась о низкий потолок и попыталась метнуться вглубь коридора.

Но она была слишком слаба, а реакция Главы Тайной канцелярии — слишком молниеносной.

Кейган даже не сдвинулся с места. Он лишь вскинул руку, и его живые тени черными хлыстами сорвались с каменных стен. Они мягко, но непреодолимо оплели птицу прямо в воздухе.

Ворона громко, панически каркала, но тени спеленали её, осторожно опуская на пол. Птица завалилась на бок, тяжело дыша через раскрытый клюв.

Леди Виола, до этого тихо стоявшая позади нас, решительно оттеснила сына. Она опустилась на колени прямо на грязный пол, бережно забрала птицу из плена теней и прижала её к своей груди, поглаживая дрожащие крылья.

— Тише, девочка, тише... Ну куда же ты собралась лететь в таком состоянии? — нежно, по-матерински заворковала она. А затем подняла строгий взгляд на своего царственного сына. — Эрэйн! Нужно было сразу сказать ей, что она в безопасности! Бедную девочку только зря напугали, она от твоей ауры чуть душу богам не отдала. И вообще... посмотри на её перья.

Мы все уставились на птицу в руках Виолы.

Она была белой. Абсолютно белая ворона.

Император задумчиво потер подбородок, его хмурый взгляд смягчился.

— Отчего же так? Часть их ковена оборачивается черным вороньем, а эта — белая.

Я шагнула вперед, чувствуя, как моя магия крови дает очевидный ответ.

— На ней нет крови других людей, — тихо проговорила я.

Все снова посмотрели на меня. Кейган подошел ближе, его рука снова собственнически и защищающе легла мне на талию.

— Выходит, — задумчиво протянул мой истинный, глядя на белые перья, — если ведьма убила или наслала смертельное проклятие, её душа чернеет, и она оборачивается черной вороной. Интересно. Значит, девчонка не лгала.

— Её нужно будет забрать с собой и выходить, — безапелляционно заявила Виола, продолжая гладить Абигейл, которая понемногу успокаивалась в её руках.

— А что за «Орден Возрождения»? — спросила я, с тревогой переводя взгляд с императора на своего истинного. Я прочитала много книг из библиотеки Кейгана, но ни разу не встречала упоминания о подобном.

Мужчины обменялись тяжелыми, мрачными взглядами. В воздухе запахло новой, неизвестной угрозой.

— Кейган, ты слышал что-нибудь о подобном? — задумчиво спросил Эрэйн.

Мой дракон нахмурился, его идеальный профиль заострился в напряжении.

— Ничего. Горная Гряда находится слишком далеко от столицы, наши ищейки редко там бывают.

— Только какого-то тайного Ордена фанатиков мне сейчас не хватало в Империи... Демоны на границах, мятежники внутри страны, ведьмы, пытающиеся захватить власть... — Император Эрэйн устало покачал головой и с силой потер переносицу. — Пустынники… А теперь еще и какой-то Орден Возрождения. Если бы мне кто-то сказал, что именно ждет меня на престоле, я бы трижды подумал, прежде чем надевать корону.

Кейган мрачно кивнул, не сводя тяжелого взгляда с императора.

— Я всё выясню, Эрэйн. Как только девчонка придет в себя, мы её допросим.

— Она сирота и слишком многое пережила, — тут же вступилась за Абигейл леди Виола, прижимая к себе дрожащую белую ворону.

— Никто не будет её калечить, мама, — спокойно, но твердо ответил Эрэйн. — Отмоем, откормим, оденем. Но об Ордене Возрождения нам жизненно необходимо узнать всё. Как только вернемся в столицу, нужно будет передать её на пару дней Армусу.