Хриплое, утробное карканье разорвало тишину мертвых развалин. Они прилетели.

Я чувствовал, как Тени послушно ластятся к моим рукам, ожидая приказа.

Черные птицы одна за другой пикировали в провалы окон, с тошнотворным хрустом ломающихся костей и шорохом перьев обращаясь в женщин в темных балахонах. Семь ведьм.

Впереди вышагивала та самая Моргана — их главная, зеленоглазая тварь с бледным, хищным лицом. Я узнал ее из ведения Эры.

Они жадно, словно голодные гиены, бросились к центру подвала.

— Вы справились! — прошипела Моргана, её глаза фанатично вспыхнули зеленым фосфором, когда она увидела отпущенных из цепей, но слегка заторможенных Изольду, Сабину и «ребенка» у алтаря.

Моргана занесла костлявую руку, готовясь ударить.

Пора.

Я отдал приказ.

Пространство подвала взорвалось. Мои Тени, до этого невидимыми змеями скользившие по стенам, рухнули вниз монолитным, непроницаемым куполом, намертво запечатывая все выходы. С потолка, обрывая пути к отступлению, с оглушительным лязгом рухнули тяжелые антимагические сети, сплетенные из блокирующих рун.

Ведьмы завизжали. Это был звук истинного, первобытного ужаса.

Мои бойцы вышли из мрака. Вспыхнули ослепительные боевые пульсары. Свет залил подземелье, обнажая искаженные паникой лица ведьм.

— Именем Императора, на колени! — мой громовой рык сотряс своды подвала.

Операция шла блестяще. Сети прижали большинство ведьм к полу, блокируя их оборот.

Но я недооценил отчаяние крысы, загнанной в угол.

Моргана, поняв, что на камне лежит лишь кукла, издала нечеловеческий, пронзительный вопль.

В ней проснулась первобытная, темная ярость. С невероятной силой она рванулась в сторону, разрывая на себе кожу, и выскользнула из-под опускающейся сети в самый последний момент.

— Мне больше нечего терять! — истошно, брызгая слюной, закричала верховная ведьма. — И ты все равно подохнешь!

В её руках блеснул ритуальный обсидиановый кинжал.

Не раздумывая ни секунды, она с размаху полоснула им по своим собственным ладоням. Кровь брызнула на каменный пол. Моргана рухнула на колени, безостановочно, с бешеной скоростью читая древний речитатив.

Воздух вокруг неё мгновенно сгустился, запахло гниющей плотью и смертью. Она пыталась призвать проклятие такой силы, чтобы забрать нас всех с собой в бездну.

Я шагнул в круг света.

Глядя на то, как эта жалкая тварь, пытавшаяся убить мою дочь и искалечившая мою истинную, бьется в агонии своего колдовства, я почувствовал, как внутри меня поднимается неконтролируемая, темная волна.

Моргана захлебнулась словами, в ужасе вскинув на меня свои фосфоресцирующие глаза. Она поняла, что её магия — ничто перед первородной стихией.

— Тебе действительно больше нечего терять, — холодно констатировал я.

Я даже не стал поднимать рук. Я просто позволил своей магии сорваться с цепи.

Мои тени бросилась на неё. Черные ленты взвились из-под земли. Они обвили Моргану, впились в её плоть. Ведьма даже не успела закричать.

Мрак просто растворил её. Тьма поглотила её с чавкающим, жутким звуком. Через секунду на том месте, где стояла верховная ведьма ковена, не осталось ничего.

В подвале повисла мертвая тишина.

Пять оставшихся в живых ведьм затряслись в животном ужасе. Их спесь, их вера в свою исключительность испарились вместе с их предводительницей.

Они попадали на колени, прижимаясь лбами к грязному полу, скуля и моля о пощаде. Они были готовы на всё.

— Надеть на них антимагические кандалы, — брезгливо бросил я своим людям. — Отведите в подвальные камеры Тайной канцелярии. Пусть дознаватели выжмут из них каждое слово. Тех, кто готов говорить останутся в живых, — это я уже адресовал ведьмам.

Я направился к выходу, когда боковым зрением уловил движение у лестницы.

Эра.

Мои люди притащили её сюда закованной, чтобы она лично видела крах всего, ради чего уничтожала жизни. Но в хаосе, когда Моргана пыталась наложить проклятие. Эре удалось освободить руки.

Она бросилась бежать. Вслепую, спотыкаясь о камни, цепляясь грязными подолами своего платья за арматуру, она пыталась проскользнуть в узкую щель обвалившегося хода. Её лицо было искажено паникой и безумием.

— Стой! — крикнул один из охранников, вскидывая арбалет с болтом, заряженным парализующей магией.

Но Эра не слушала. Она рванулась вперед, прямо в темноту старого хода, совершенно забыв, что мы находимся в проклятых графских развалинах. Её нога поехала по замшелому камню. Старая плита, державшаяся на честном слове, с глухим, страшным грохотом рухнула вниз.

Раздался влажный, отвратительный хруст. Острый каменный сталактит, словно ждавший свою жертву, пробил её насквозь. Эра дернулась, издав задушенный, булькающий звук, и безвольным кулем повисла на камнях. Кровь хлынула изо рта, заливая её светлые волосы.