За те следы цепей на ногах моей Кристины я был готов лично придушить Эру. Своими собственными руками, медленно ломая ей шею, наслаждаясь её предсмертным хрипом. Но этой твари просто слишком повезло. Она сама лишила себя жизни, разбившись в провале старых развалин, трусливо спасаясь бегством от расплаты.

Я опустил бархат, снова переводя взгляд на лицо Кристины.

Она была моим дивным созданием.

Я наклонился ниже, впитывая её обновившийся запах — теперь к сладкому нектару примешивался тонкий, волнующий пряный аромат.

Прижавшись губами к её перламутровой щеке, я закрыл глаза, продолжая слушать ровный, гипнотизирующий стук её сердца.

Кристина

Я приходила в себя мучительными, рваными толчками. Сознание возвращалось медленно, продираясь сквозь густую, вязкую пелену небытия.

— Кейган, отвлекись. Не смотри так на нее, — донесся до меня отдаленный, незнакомый мужской голос, прозвучавший удивительно властно.

— Не могу, — глухо отозвался мой дракон. — Мне кажется, что если я перестану на нее смотреть, она просто исчезнет…

Кто-то в комнате тяжело вздохнул. Я, даже не открывая глаз, кожей почувствовала странную, давящую и невероятно тяжелую энергетику.

Сила, разлитая в воздухе, была ничуть не меньше, чем у самого Главы Тайной канцелярии. Но если личная, первородная магия Кейгана сейчас ластилась ко мне заботливой, мурчащей кошкой, обволакивая прохладным шелком и защитой, то эта сила была чужеродной, подавляющей.

Раздался сухой шелест плотных бумажных страниц.

— И всё-таки я никак не пойму, — снова заговорил незнакомец. — Судя по тому, что я тут прочитал, лучше бы эта давно забытая богами раса фейри никогда больше не появлялась на территории моей Империи… — Голос сделал задумчивую паузу. — Тут написано, что они жили в Холмах, как надземных, так и подземных. Я сопоставил эту древнюю карту с нынешней территорией Империи. Как-то слишком много у них тут старых Холмов. Такое ощущение, что вся земля пронизана этими тайными ходами.

— В них можно организовать торговые ряды. Или построить подземные города, — вдруг раздался мягкий, спокойный женский голос.

Повисла пауза.

— Ассоль… как тебе такое вообще пришло в голову? — в голосе властного незнакомца скользнуло искреннее, неподдельное удивление. — Я вообще-то думал приказать их все засыпать от греха подальше.

— Ну зачем же? — резонно возразила Ассоль. — Те, которые в опасной близости от границ, конечно, стоит засыпать и убрать. А те, которые находятся в удачных, безопасных местах, можно было бы использовать под таверны, под те же самые рынки… Да мало ли под что еще можно приспособить готовые подземные залы!

Послышался звук глухого поцелуя.

— Досталось же мне истинное сокровище, кладезь новых идей, — с легкой, теплой усмешкой произнес мужчина. — Тогда и засыпать всё не придется. Почему бы, в принципе, и нет? Только вот мы еще не знаем, пусты ли эти Холмы и живы ли остальные фейри. Здесь написано, что это вовсе не добренький волшебный народ из сказок, а коварные, корыстные и местами абсолютно безжалостные создания. Вы только посмотрите, сколько видов этих фейри раньше существовало.

— Кристина принадлежала, скорее всего, к природным фейри, — тихо отозвался Кейган.

— Ну, эти были самые безобидные. Пожалуй, самыми опасными я бы назвал Кровавых фейри и Фейри Темного Двора, Неблагого дома. Еще бы понять что-то в этой их запутанной иерархии, — было слышно, как мужчина снова перелистывает старинную книгу.

— Может быть, Кристина уже и вовсе не фейри, — глухо проговорил лорд Блэквут.

Кровать мягко прогнулась под его весом. Я почувствовала, как его большие, горячие пальцы трепетно накрыли мою ладонь, переплетаясь с моими.

— Не знаю, — задумчиво ответил мужской голос. — Я тут пролистал картинки, конечно, по ним уже ничего толком не понять, книга слишком ветхая. Но что-то мне подсказывает, Кейган, что твоя Тьма саму её суть не уничтожила. В том смысле, что она осталась фейри, только вот… стала фейри другого вида. Здесь написано, что их можно было различить по цвету волос, но чаще — по цвету глаз.

— У нее были красивые зеленые глаза, — прошептал мой дракон.

— Ну что же, дождемся ее пробуждения.

Я снова почувствовала ласковое поглаживание по руке. С трудом, преодолевая свинцовую тяжесть в веках, я приоткрыла глаза. И первым, кого я увидела, был вовсе не Кейган.

Надо мной, пугающе близко, склонился незнакомый темноволосый мужчина с пронзительным, давящим взглядом. Вернее, незнакомым он показался мне лишь в самое первое мгновение. А потом я испуганно вжалась спиной в подушку, осознав, что на меня в упор смотрит сам император Эрэйн Норвелл!

Кейган мгновенно среагировал. Он мягко, но непреклонно потянул императора за плечо, отстраняя его, и уже сам навис надо мной, заслоняя собой от чужих взглядов.

Повисла звенящая тишина.

— Красные, — нарушил молчание император. — У нее красные глаза.