Почему же судьба так невероятно жестока?!

Почему она забирает у меня мою истинную пару?! И пусть в первый раз я даже не знал, что Эра — ненастоящая, но пережить подобное во второй раз… Это было невыносимо.

Я безмолвно молился всем известным и неизвестным богам, умоляя лишь об одном — позволить мне спасти её.

— Мне… лучше, — прошептала Кристина и тут же зашлась надрывным кровавым кашлем.

— Видимо, близость истинного и ваша связь помогает ей бороться, сдерживает яд, но этого мало! — крикнула Риэль. — Нужно принять кардинальные меры, иначе проклятие доберется до сердца!

В этот момент с неба с оглушительным хлопаньем крыльев опустился еще один дракон — черно-белый. Керран. Он мгновенно обернулся и оказался рядом со своей женой.

— Как она? — отрывисто бросил он.

— Плохо. Умирает, — взволнованно проговорила Риэль. И вдруг… замерла на полуслове. Её нечеловеческие, желтые глаза расширились.

— Что, Риэль?! — я впился в неё взглядом. — У тебя есть мысли? Говори!

— Да… — выдохнула она, словно сама поражаясь своей догадке.

— Скорее же! Какие?!

Даже Кристина, собрав все крохи своих сил, посмотрела на Риэль с робкой, отчаянной надеждой.

А сколько этой самой сумасшедшей надежды было сейчас в моих глазах!

Мираэла продолжала горько плакать на груди у Кристины, пока Риэль лихорадочно выстраивала логическую цепочку:

— Послушай меня, Кейган. Ведь раньше, до встречи с Керраном, я не была носительницей магии Тьмы. Я владела совершенно другой силой. Я была светлой целительницей! Всё изменилось, когда мы… консуммировали нашу связь. Его магия начала менять меня изнутри, перестраивая мое тело и мою ауру, готовя к рождению сильных наследников. Его сила выжгла мой прежний резерв и наградила своей Тьмой.

Я замер, начиная осознавать, к чему она ведет.

— Кристина — фейри, — продолжала Риэль, торопясь и глядя на слабые побеги, опутавшие ноги моей пары. — Судя по тому, что она пытается черпать силу из земли, её магия абсолютно природная, светлая. Ведьмы прокляли именно её суть, её кровь фейри! Но магия живет в крови. Если изменить её магию — мы изменим её саму. Изменим её фундаментальную суть, и проклятие просто лишится своего якоря! У нее будет шанс выжить!

Это было безумием. Опасным, непредсказуемым безумием.

— То есть нам нужно… — хрипло начал я, чувствуя, как кровь отливает от лица.

— Да, — твердо кивнула Риэль, глядя мне прямо в глаза. — Простите, но другого варианта не будет. Яд действует слишком быстро. Тебе нужно закрепить истинную связь. Прямо сейчас. Высшая точка истинности — полное физическое и магическое слияние. Твоя первородная Тьма хлынет в её вены. И эта лавина чистой, агрессивной драконьей магии способна просто выжечь ведьмовскую гниль, переписав её сущность под себя! Я не знаю, кем она станет после этого, Тьма может навсегда изменить природу фейри, но она будет жить!

Я перевел взгляд на Кристину. Она всё слышала. Её огромные глаза смотрели на меня с испугом, но в них не было отторжения.

— И вы же истинные! — горячо добавила Риэль. — Я же вижу, как ты сходишь по ней с ума, как волнуешься за неё! И как Кристина льнет к тебе, ища защиту, заботу и тепло. Может, вы еще не успели признаться друг другу во всем, может, вы еще не любите друг друга так осознанно и сильно, как могли бы, но всё это обязательно придет. Чувства уже есть! Просто у вас… у вас больше нет времени на ухаживания!

Я замер, оглушенный этими словами.

Тяжелая, страшная тишина навалилась на меня, прерываемая лишь судорожным, хриплым дыханием моей пары. Мои челюсти сжались так, что на скулах заходили желваки, а когти непроизвольно удлинились, впиваясь в собственные ладони до крови.

Внутри меня бушевал настоящий шторм. Мой внутренний зверь, мой дракон, ревел и бился в грудную клетку, требуя немедленно взять свое, заклеймить, слить наши ауры воедино и вырвать ее из лап смерти.

Но моя человеческая суть, моя честь восставала против этого.

Я — Глава Тайной канцелярии. Я привык брать то, что мое по праву, сметая любые преграды. Но сейчас… мысль о том, чтобы взять её прямо сейчас — изломанную, истекающую кровью, задыхающуюся от боли — казалась мне диким кощунством.

Я не хотел быть тем, кто берет женщину от безысходности. Я хотел завоевать её доверие, окружить защитой, дать ей исцелиться и добровольно шагнуть в мои объятия.

— Кейган, у вас нет времени! — в отчаянии выкрикнула Риэль, видя, как я каменею над телом Кристины. — Проклятие уже у сердца! Сделай это, или через пять минут ты будешь обнимать труп!

Я медленно опустил взгляд на свою истинную.

В моем взгляде плескалось всё: дикое отчаяние, свирепое собственничество и немая мольба. Я словно спрашивал её без слов, готова ли она довериться мне до самого конца. Готова ли впустить в себя мою Тьму.