А вот Селин явно занервничала. Она стала оглядываться на присутствующих, вытирать ладони, будто они вспотели, и часто моргать.

24

Хмурый словно туча Реми Гарденс вошёл, тяжело дыша. Он рухнул на стул справа от Селин, избегая её взгляда.

Я снова выдержала паузу, прежде чем начать:

— Я не буду вас ни о чём спрашивать. Вместо этого я расскажу свою версию событий. А затем дам вам возможность меня поправить и дополнить.

— Разве это не противозаконно? — немного нервно спросила Селин. — Ваша речь может повлиять на наши показания! — Каким образом? Разве вы не намерены говорить правду, леди Гарденс?

— Я не намерена слушать бредовые фантазии! — она смерила меня презрительным взглядом.

— Леди Гарденс! Я попрошу проявлять уважение к полиции! Перед вами следователь Лаиш, и вы будете делать то, что она говорит!

Велор вскочил. За неимением стола он хлопнул ладонью себя по колену, что выглядело не столь эффектно, как обычно.

Однако его громовой голос возымел действие. Даже Даррен Тенн замер, прикусив язык. Теперь все глаза были прикованы ко мне.

Селин лишь сжала губы в тонкую белую ниточку, но её пальцы сцепились в судорожном узле. Плечи Реми сгорбились, он казался лет на десять старше.

— Итак, Алан Гарденс, действительно, решил отойти от дел и исполнить мечту всей своей жизни, — в полнейшей тишине начала я. — Кругосветное путешествие! Возможно, он планировал его несколько позже, но поменял своё решение, в надежде, что Бекки передумает выходить замуж за военного. Когда супруги уже сидели в дилижансе, Алану пришло магическое письмо.

Спасибо господину Акселю Фейну за отличную работу. Ему удалось выяснить, что за письмо получил Алан.

Аксель заметно приосанился и прочистил горло. А я продолжила:

— Письмо написал тот самый работник Консорциума, которого арестовали за растрату казны. Господин Фейн взял у него показания. Он просил у Алана помощи, ведь никакие деньги он не брал. И Алан сразу понял, кто брал.

Я выразительно посмотрела на Реми.

— И вместо вокзала, Алан направился в дом к родному и любимому брату. Полагаю, он был груб. Возможно, кричал. И в итоге дал вам срок вернуть деньги и всё исправить. Это был хороший шанс, но Селин уже добавила в напитки конскую дозу снотворного, не так ли, леди Гарденс?

— Я ничего не делала! Ничего не знала!

— А когда мать Бекки уснула, Алан всё понял и попытался дать вам отпор, но получил удар по затылку. И снова не от Реми. Его ударила Селин.

По допросной пронёсся шёпот. Я не слышала слов, но, кажется, Даррен насмехался, над моей нелепой версией.

— Что за чушь! Алана ударил Реми! Я здесь ни при чём! — она резко повернулась к начальнику полиции, — Господин Велор, я настаиваю! Это необходимо прекратить.

Реми молчал, его сгорбленные плечи не шевелились, а шея и лоб покрылись каплями пота.

— Госпожа Лаиш, прошу, объясните свою версию, — отреагировал на вопли Селин Велор.

Я взглянула на Крау, словно ища поддержки. Он стоял, скрестив руки, и его лёгкая улыбка говорила: "Давай, сорви их маски".

— Представьте. Алан с супругой сидят на диване. Возможно, Алан почувствовал недомогание. Но когда его жена обмякла уснув, что он сделал? Попытался сбежать? Нет. Бросился на Селин? Не думаю, он всё же мужчина.

— В гневе он напал на брата! — подхватил мою мысль Даррен.

— Верно, господин Тенн. В ярости он схватил брата за грудки. А удар… — моя рука описала в воздухе дугу, — пришёлся на затылок.

— Значит, ударила Селин! — воскликнул Тенн.

Глаза леди Гарденс расширились от ужаса.

— Именно. Она схватила первую попавшуюся под руку статуэтку и нанесла удар. Потом, конечно, лорд Гарденс помогал. Вместе с женой они отнесли несчастных и их вещи в малый подвал, где в огромном старом сундуке они и замёрзли заживо.

Реми уронил голову на руки. Его плечи содрогались. Селин снова повернулась к Эммету:

— Господин Велор, остановите этот фарс! Где доказательства? Я такая же жертва, как они!

— Леди Гарденс, дайте следователю завершить речь. У вас будет время высказаться!

Я продолжила, стараясь говорить ровным голосом:

— Эта страшная история могла бы так и закончиться. Никто не нашёл бы тела много лет. Даже в большой подвал служанка не заглядывала годами. Но Бекки…— Голос мой дрогнул, но я взяла себя в руки. — Она читала газеты. И в один момент сопоставила письма от родителей, с описанием чудесных окрестностей, со стихийным бедствием, которое случилось в это время в Тальмезоне. Возможно, она бы ничего и не заметила. Если бы не помогала судье в деле о растрате. Арестованный работник мог посеять сомнения. А когда она прозрела, решила тайно обыскать дом.