несся звучный голос по храму, отражаясь от стен, и отовсюду раздались аплодисменты. Часом позднее мы сидели за столом, поедая наивкуснейший свадебный торт. Скрипки отыгрывали веселую мелодию. Некоторые гости танцевали, некоторые разговаривали, а некоторые, в том числе и я, наслаждались лакомством. Что ж, возможно, я была не права, избегая свадьбы. Ради подобной вкусноты можно со многим смириться. Я улыбнулась своим мыслям, а Анжелика, с которой уже сняли фату, подсела к нам. – Девочки, я такая счастливая! – сказала подруга, беря бокал и делая глоток вина. – Это заметно, – согласилась Бланш, ковыряя свой кусочек. – Теперь очередь за вами! – игриво протянула Анжелика, кладя на стол букет невесты. – Бланш уже страдает, я знаю. А ты, Дарлайн, неужели так никого и не присмотрела? Я замялась, думая, говорить или нет о своей тайной помолвке, рассекретить которую мы с Алексом планировали чуть позднее. Но подруга смотрела на меня таким строгим, пытливым взглядом, что я не удержалась и, сняв перчатку, показала тонкое кольцо с тремя прозрачными переливчатыми камешками. – Кто? – одновременно выдохнули девушки. – Александр Уилфред, – прошептала я, оглядевшись по сторонам. Глаза Анжелики округлились. Подруга выглядела так, словно вживую увидела белого могульского слона, о котором нам в детстве рассказывали сказки. Несколько мгновений она не могла произнести ни одного слова, а затем ее прорвало, словно плотину во время весеннего паводка. – Это просто потрясающе! – бормотала Анжелика, отмахнувшись от подошедшего к ней мужа, так не вовремя пожелавшего увести свою жену – возможно, на танец, а, возможно, на продолжение свадебного вечера. – Отхватила, так отхватила! Как тебе удалось? Он же самый завидный холостяк Эльгарда. Он же приехал сюда, чтобы жениться! С момента его появления на острове за ним очередь стояла, а ты… Ах, ты же пропустила бал открытия сезона и не знала этого! Ты не знала всего этого и отхватила! С ума сойти! Поздравляю! И что, ты поедешь с ним в Хорсу? Я лишь кивнула в ответ. Анжелика откинулась на спинку кресла. «Кажется, у слона обнаружились еще и крылья», – подумала я, еле сдерживаясь, чтобы не рассмеяться. – А ты не боишься? – спросила подруга, продолжая игнорировать мужа. – Я всю жизнь об этом мечтала! – Ну да! Правда, боюсь, ты говоришь не о свадьбе. А церемония будет здесь? – Да, вот только… – я замялась, подбирая слова: – Ему нужно срочно уезжать. Поэтому мероприятие будет закрытым, без приема. В тот же день мы сядем на «Вестник богов» и отправимся в дипломатическую миссию. – Леди, позволите? – раздался голос Александра за спиной. Кажется, впервые я не вздрогнула, услышав его, а наоборот, облегченно улыбнулась. Я была почти уверена, что на этом мой «допрос» закончится. – Мои поздравления, леди Анжелика! – продолжил Александр. Краем глаза я заметила, как Бланш побледнела. – Мои поздравления, сэр! – ответила Анжелика, заговорщически подмигивая. – Не бойтесь, я сохраню это в тайне. Вы уж позаботьтесь о нашей Дарлайн, нам будет жутко ее не хватать… Скрипнул стул. Бланш поднялась из-за стола. – Извините, – сказала кузина, покидая нас. Я проводила взглядом ее тонкую фигурку с опущенными плечами. Что-то было не так. – Лорд Уилфред, – тем временем спрашивала Анжелика, муж которой уже сдался и просто тихонько сидел рядом в ожидании, когда же «любовь всей его жизни» соизволит освободиться. – Простите мое любопытство, а это правда, что император Хорсы сияет? – Да, – рассмеялся Александр, – у него есть немного личной магии. – А то, что у него пять жен и двести наложниц?.. Все это было очень интересно, но мне не давало покоя поведение Бланш. И пока Алекс и Анжелика болтали, я, извинившись, покинула их и отправилась на поиски кузины. Я обошла весь зал, спустилась в сад, разукрашенный золотистыми гирляндами, растянутыми между живыми изгородями, но девушки нигде не было видно. – Бланш! – позвала, остановившись у фонтана. Мне никто не отозвался. Я уже было отчаялась, когда услышала едва уловимые всхлипывания, доносившиеся из-за кустов желтого рододендрона. – Бланш? – спросила, подходя ближе. – Бланш, это ты? – Убирайся! – крикнула кузина. Я замерла в недоумении. Голосок моей сестры всегда был мягким, нежным, звонким, он ласкал слух чистым мелодичным звуком. Никогда, никогда прежде я не слышала в голосе Бланш столько злости и ярости. Я поежилась, словно услышала скрежет когтей по стеклу. – Бланш, что произошло? – Ничего! Просто уйди! Видеть тебя не хочу! Разум твердил, что надо согласиться с кузиной – развернуться и поспешить в дом, где продолжается свадебное торжество, где Анжелика вот-вот должна была кидать букет… Но я не послушалась его. Я осторожно приближалась к Бланш. – Бланш? Я не понимаю… – сказала, увидев сестру, сидящую на сыроватой земле. Ее белые локоны растрепались, лицо покрывали красные пятна. – Не понимаешь?! – прошипела девушка, точно гремучая змея перед нападением. – Ты ничего не понимаешь?! Ну конечно! Святая невинность! Мечтательница Дарлайн, которая живет в своих грезах и ничего не видит на земле! Ненавижу тебя! Ненавижу! – Бланш, пожалуйста, – попыталась достучаться я до разума сестры. – За что боги послали все тебе? Даже состояние моего отца перешло компании «Астор и Ко»! А теперь еще и Александр тебе достался! Почему, Дарлайн? – Я не знаю, – ответила пораженная. – Правда, не знаю. – Посмотрел бы он на тебя, не будь у мистера Норкса и мистера Астора таких денег? Сильно сомневаюсь! А я… я влюбилась в него с первого взгляда. Я старалась не вешаться и в тоже время всегда быть на виду… Я так хотела… – голос сестры срывался на всхлипы. – Бланш, я не знала. Ты не назвала его имени, – попыталась я хоть как-то оправдаться. Я ведь действительно ничего не знала! – Будь ты проклята, Дарлайн! Будь ты проклята! Убирайся! Слова кинжалом вонзились в грудь, растеклись лавой по венам. Было больно, жутко больно. Я зажмурилась, сжала кулаки, размышляя – уйти или остаться. Наверное, мне следовало отвернуться, убежать, чтобы не слышать проклятия и не видеть рыданий, но это была моя Бланш – девочка, о которой я хотела заботиться с момента ее рождения. Мне исполнилось четыре года, когда она появилась на свет. Я хорошо помнила этот прохладный, тусклый день и шум проливного дождя за окном. Но, несмотря на непогоду, мы отправились в дом тети Агаты и дяди Стефана, чтобы поздравить малышку. – У Бланш сегодня день рождения, – сказала мама, следя за тем, как слуги относят подарки в экипаж. – Но ей же только месяц! – удивилась, отрывая взгляд от пузырящихся луж на террасе. – До года у детей каждый месяц праздник, – пояснила мама. Мне было жутко любопытно. Я никогда прежде не видела младенцев. Заглянув в колыбель, я испытала потрясение, обнаружив там красивую «куколку», укутанную в белоснежные кружева. – Она такая маленькая, – прошептала я от неожиданности. А девочка в это время поморщилась. – Ты тоже была такой недавно, – сказала мама, беря малышку на руки и укачивая ее. – Правда? – Я отказывалась верить маминым словам. Мне казалось, я всегда была взрослой четырехлетней девочкой. – А можно ее подержать? Но никто не дал мне в руки кружевной кулек. – Когда она подрастет, вы будете лучшими подругами! – пообещал дядя Стефан. Это были его последние слова, адресованные мне. Больше я его не видела. Через несколько дней он отплыл из Эльгарда в сторону Хорсы. А на обратном пути неподалеку от берегов Форгарда дядю настиг шторм, в котором никто не выжил. Корабль вместе с грузом, приобретенным на банковский кредит, пошел ко дну. Чтобы расплатиться с долгами, перешедшими по наследству, тетя Агата продала акции мужа его старшему брату – моему отцу. – Бланш, милая, – говорила я, подходя все ближе и ближе. – Ты саму себя не слышишь. Если бы я знала, я бы ни за что на свете даже не заговорила бы с ним. Но я не знала… Бланш?! Я уже была на расстоянии вытянутой руки и попыталась прикоснуться к кузине, но девушка оттолкнула меня. Однако я, словно заколдованная, решила не сдаваться так просто и повторить попытку. Я подкрадывалась к плачущей сестре, думая о том, кто же был для меня ближе – девушка, с которой мы росли бок о бок восемнадцать лет, или мужчина, ворвавшийся в мою жизнь несколько дней назад? Могу ли я отказаться от одного из них и вычеркнуть из своей жизни? Выйдя замуж за Алекса, я уеду в Хорсу и, вероятно, никогда больше не увижу Бланш… Но, возможно, я просто эгоистка, ослепленная мечтой, избалованная дочь отца, корабли которого всегда возвращаются домой. – Я не выйду за него, – прошептала, снимая с пальца кольцо. Сестра уже утихла. Лишь иногда я слышала приглушенные всхлипы. – Что? – встрепенулась кузина, поднимая голову. Бланш смотрела на меня, как на умалишенную. – Мне просто больно видеть твои слезы, – призналась, делая еще один шаг навстречу, – пусть это будет твой шанс… – Ты что, не любишь его? Я пожала плечами. – Люблю, но и тебя я тоже люблю! В глазах Бланш я видела себя чужой, маленькой, отдаленной. – Прости, – сказала, не решаясь подойти ближе. – Мне тоже было бы обидно! – Оставь, – наконец, ответила сестра, а я так и не поняла, что она имеет в виду: оставить кольцо или извинения. – Когда вы отплываете? – Как только минует время штормов. Конец весны, начало лета. – Надеюсь, ты будешь счастлива… Поправив платье, Бланш ушла в сторону дома, а я осталась наедине с луной и весенним ветром.

Глава 5