Стискиваю зубы, чтобы не издать ни звука. Не хочу, чтобы он слышал моё сбившееся дыхание, не хочу, чтобы он знал, как сильно я сейчас хочу обернуться и утонуть в его глазах. Но стою неподвижно, как вкопанная, не в силах пошевелиться. Кажется, ещё секунда, и я просто расплачусь прямо здесь, у окна, под его обжигающими поцелуями. Его руки скользят по моей спине, опускаются на талию. Подхватывает резинку пижамных штанишек и тянут их вниз.

Как же я хочу, чтобы он не останавливался!

Как же хочу, чтобы остановился.

Сама я вряд ли смогу сейчас.

– Кир, ты обещал, – шепчу еле слышно, предпринимая последнюю попытку. Громче не получается.

– Я обещал не заниматься с тобой сексом, – отвечает он, поглаживая мои обнажённые ягодицы. Рука опускается ниже, ласкает меня между ног. Глади нежно складочки, размазывает влагу, которой истекает моё тело.

И я ничего не могу с собой поделать. Тел выгибается ему навстречу, приглашая и позволяя проникнуть глубже.

– Я хочу заняться с тобой любовью, – шепчет хрипло Кир, и эта хрипотца царапает внутри душу.

Его пальцы внутри меня – горячие, уверенные, знающие точно как ласкать. Я прижимаюсь ладонями к прохладному стеклу, но даже оно не способно погасить огонь, который съедает меня изнутри.

– Ты... обещал... – выдыхаю я, но тело предаёт меня, выгибаясь ему навстречу.

– Обещал, – соглашается он, его губы касаются моего уха, зубы слегка зажимают мочку. – Но ты ведь хочешь этого.

Я не могу ответить. Потому что он прав.

Его ладонь ложится на низ моего живота, указательный палец находит ту самую точку, и мир взрывается белым светом. Я кусаю губу, чтобы не закричать, но тихий стон всё равно вырывается.

– Видишь? – он поворачивает меня к себе, и я вижу его глаза – тёмные, голодные. – Тебе хорошо, ты хочешь этого. Разве ты влюблена в меня?

Его слова как удар под дых, будто меня ткнули в мои же слова носом. Да и вообще всё это глупо и неправильно. Кир же не останавливается, продолжает ласкать меня. Я всхлипываю от собственной беспомощности.

Но когда он наклоняется и целует меня, все доводы рассыпаются в прах. даже начинаю сомневаться в себе. Может, это я отстала от жизни и про любовь это действительно глупые бредни трубадуров.

– Я хочу тебя, – шепчет Кир, скользит в моё лоно двумя пальцами. Ломая последнюю стену сопротивления. А было ли оно? Кажется, нет. Я стала полностью его игрушкой.

– Только не здесь, – шепчу я. – Не у окна.

Он подхватывает меня на руки – легко, будто я ничего не вешу. Через три шага мы падаем на кровать, и его тело прижимает меня к матрасу.

– Ты уверена? – он задерживается в сантиметре от моих губ. Последний шанс. Последний выбор.

– Ты издеваешься надо мной? – шепчу в ответ, ещё немного и меня накроет истерика. Я же понимаю, что он ломает меня. Неужели он такой жестокий?

– Нет. Я даю тебе возможность признаться. Либо мы занимаемся сексом, и между нами нет чувств, либо мы занимаемся любовью, значит, ты влюблена.

Я отвечаю без слов – обвиваю его шею руками и притягиваю к себе. Пусть он думает, что прав. Пусть я буду заниматься сексом, но я никогда не признаюсь в своей симпатии к нему, а тем более влюблённости.

Его вхождение медленное, мучительное. Мне хочется встряхнуть его, закричать, чтобы прекратил меня жалеть.

– Смотри на меня, – приказывает он, и я подчиняюсь.

Его глаза – единственное, что я вижу, когда мир начинает рушиться.

Его движения методичны, как всё, что он делает. Каждый толчок – точный расчёт. Но я чувствую, как его дыхание сбивается, как дрожат мышцы на спине под моими ладонями. Он не так контролирует ситуацию, как хочет казаться.

– Признайся, – его голос хриплый, губы скользят по моей шее.

Я стискиваю зубы, ногти впиваются в его плечи. Нет. Не дам ему этого удовлетворения. Пусть думает, что победил. Что сломал.

– Я... хочу... чтобы ты... замолчал... – выдыхаю я между толчками, но тело предаёт меня, сжимаясь вокруг него.

Он смеётся – низко, глубоко, и этот звук вибрирует у меня в груди. Его рука скользит между наших тел, снова находит ту самую точку, и я выгибаюсь, теряя последние остатки контроля.

– Врёшь, – шепчет он. – Ты уже призналась. Телом.

Я хочу возразить. Хочу ударить его. Но вместо этого цепляюсь за него сильнее, ноги обвиваются вокруг его талии, притягивая глубже.