– Я хотела увидеть Луну. В двадцать первом веке были разные достопримечательности в каждой стране, в каждом городе. В Париже Эйфелева башня, в Москве Кремль, в Риме Колизей…

Маршал выпрямляется, и я чувствую, как его взгляд прожигает меня насквозь, даже когда я смотрю в окно, в эту бесконечную россыпь звёзд. Почему он молчит?

– А здесь, на Луне, что? – спрашиваю ещё раз.

Я глубоко вздыхаю, стараясь унять бешеное биение сердца. Космос за окном завораживает, но сейчас я вижу лишь собственное отражение в стекле. Растерянное, испуганное.

– Для меня на данный момент единственная достопримечательность Луны – это ты.

У меня перехватывает дыхание, смотрю на маршала. Но нет, в его глазах нет ни намёка на шутку.

Он делает ещё один шаг ко мне, и я снова отступаю, пока спиной не упираюсь в холодное стекло окна. Космос словно давит на меня своей бесконечностью.

– Я хочу узнать тебя, – шепчет он, и его дыхание опаляет мою щеку.

– П-почему вдруг ты решил изменить своё мнение? – отвечаю также шёпотом и опускаю голову, не в силах выдержать его пристальный взгляд. – Ты же одиночка.

Его пальцы невесомо касаются моего подбородка, заставляя поднять голову. Его глаза… В них плещется что-то, что я не могу расшифровать. В них и сталь, и лёд, и нежность, и… что-то похожее на любопытство?

– Ты ошибаешься, – шепчет он, его дыхание касается моих губ, он так близко. – Одиночество – это не выбор. Это… необходимость. Но даже необходимость можно изменить.

Его слова звучат неожиданно. Изменить? Он? Маршал, холодный, неприступный, вдруг говорит о переменах? А что, если он просто играется со мной?

– Не верю, – выдыхаю я, стараясь говорить уверенно, но голос дрожит.

Он усмехается, и эта усмешка заставляет моё сердце бешено колотиться. Он так близко… Я чувствую тепло его тела, ощущаю аромат его кожи – смесь мускуса и чего-то терпкого, незнакомого. Это сводит меня с ума.

– А ты проверь, – шепчет он, и его губы касаются моих.

Я должна оттолкнуть его. Должна сказать ему, чтобы он прекратил. Но я не могу. Я тону в его взгляде, в его близости. Его губы нежные, но требовательные. Они манят меня, затягивают в водоворот чувств, которых я никогда раньше не испытывала.

Я закрываю глаза и отвечаю на его поцелуй. Все мои страхи, все мои сомнения отступают на второй план. Сейчас есть только он, я и космос за окном, безмолвный свидетель нашего поцелуя. Близости, которая может изменить всё. Но сейчас, в этот момент, мне всё равно. Я хочу этого. Хочу утонуть в нём, хочу забыть обо всём.

Его руки обнимают меня крепче, прижимая к себе. Я чувствую, как бьётся его сердце, как учащается его дыхание. Он тоже взволнован. Поцелуй становится глубже, страстнее. Мои руки невольно тянутся к его волосам, я углубляю поцелуй в ответ. В этот момент время как будто останавливается.

Его губы настойчиво, но нежно исследуют мои. Я отвечаю, забывая обо всём на свете. В голове нет места для мыслей, лишь тепло, разливающееся по всему телу, и бешеное биение сердца.

Его руки скользят по моей спине, притягивая ближе, и я чувствую каждый миллиметр его тела, обжигающий сквозь тонкую ткань одежды. Аромат его кожи дурманит, заставляя забыть обо всех предостережениях, которые я так тщательно взращивала в своей голове.

Поцелуй углубляется, становится влажным и требовательным. Я чувствую, как мои колени подгибаются, и он, словно читая мои мысли, подхватывает меня, приподнимая над полом. Обвиваю ногами его талию, и я крепче вцепляюсь в его плечи, боясь, что этот момент закончится.

Он отрывается от моих губ, и я жадно ловлю ртом воздух. Смотрю в его глаза и вижу в них отражение собственного желания. В них больше нет льда и стали, только обжигающая страсть и… удивление?

– Саша…– он шепчет моё имя, и этот звук обжигает ещё сильнее. Его губы опускаются к моей шее, оставляя там лёгкие поцелуи. Я вздрагиваю от каждого прикосновения, чувствуя, как мурашки бегут по коже.

Он несёт меня и опускает на кровать, не разрывая поцелуя. Мягкий балдахин колышется над нами, словно укрывая от всего мира.

Я чувствую, как он расстёгивает молнию на моей куртке, снимает её. Он смотрит на меня, и в его взгляде столько огня и желания.

Наступает тишина, прерываемая лишь нашим прерывистым дыханием.

(Маршал)

Даже бокал бейроского коктейля с ядом песчаной химеры не может сравниться с тем, как пьянят поцелуи Саши.