Я сижу в полумраке, уставившись в стену. За окном бейросская ночь – две луны висят в небе, освещая джунгли холодным светом.

Она сейчас там. На Земле.

Пальцы сами сжимаются в кулаки. Я представляю её – в душном земном квартале, среди чужих людей, в мире, который давно перестал быть для неё домом.

Я сам отправил её туда.

Глупость. Чистейшая глупость.

И хоть я сделал всё, чтобы ей досталось самое лучшее: хорошая работа, спокойный район один из лучших среди рабочих, и квартира в новом доме – я всё равно чувствую, что сделала недостаточно. Будь она со мной, ей бы не пришлось работать.

Дверь скрипит. В комнату заглядывает Марика – её худое лицо напряжено.

– Ужин готов, – говорит она осторожно.

– Не голоден.

– Вы не ели весь день.

Я поворачиваю голову, бросая на неё взгляд, от которого даже бывалые бойцы съёживаются. Но Марика не отступает.

– Это не ваше дело, – рычу я.

Она замирает на секунду, потом резко входит в комнату и хлопает дверью.

– Нет, маршал, сейчас это моё дело, – её голос дрожит, но не от страха. – Я не могу больше смотреть, как вы себя изводите.

Я поднимаюсь с кресла, но она не отступает.

– Если любите её – так летите за ней!

– Марика...

– Вы любите её. Это же видно.

Тишина снова накрывает комнату, густая, как смола.

Я отворачиваюсь к окну.

Люблю?

Я не знаю, что это слово значит. Не знаю, как это – любить. Но я знаю, что без неё в этом доме слишком тихо. Что её смех, её глупые шутки, даже её упрямство – всё это теперь дыра в груди, которая не затягивается.

– Она не захочет меня видеть, – наконец произношу я.

Марика вздыхает.

– А вы спросили её?

Я стискиваю зубы.

Нет. Не спросил.

Просто выбросил её из своей жизни, как когда-то выбросили меня. В тот день мне казалось, что я поступаю правильно. А сейчас знаю, что поступил как слабак. Трусливо спрятался из-за страха, слишком яркие чувства она вызывала.

– Маршал... – Марика делает шаг ближе. – Она сидела с вами, когда вы были без сознания. Не отходила от вас ни на секунду. Вайс ведь её с трудом вытащил из комнаты, чтобы она хотя бы прогуливаться начала. Она говорила с вами, даже когда вы не слышали, а я слышала. Так говорят, только когда любят.

Я закрываю глаза.

«Просто рядом с ним мне было хорошо. Бабочки в животе, и я наслаждалась каждой секундой рядом».

Её голос в памяти звучит так чётко, будто она здесь. Вряд ли она испытывала со мной что-то похожее.

– Я... – голос предательски ломается. – Я не знаю, как это делать.

Марика мягко кладёт руку на моё плечо.

– Начните с малого. Хотя бы позвоните. Я думаю, она будет рада вас услышать.

Двор наполнен ароматами жареного мяса и вечерней прохладой. Я сижу за длинным столом, украшенным бумажными фонариками, слушая, как Игорь Петрович с упоением рассказывает о своём новом рецепте маринада.

– Сашенька, вот попробуй мясные брусочки! – он с гордостью протягивает мне тарелку, где лежат три идеально обжаренных мясных кубика с зеленоватым отливом. – Секретный ингредиент – капелька земляничного вина и щепотка марсианских специй.

– Ого, марсианские специи! – удивлённо поднимаю брови. – Неужели вкусные?

– Конечно, – уверяет меня сосед. А я со страхом смотрю на этот шедевр, но всё же аккуратно пробую. Вкус действительно неплох, тем более на фоне всей гастрономии будущего, где натуральные продукты могут себе позволить не все. А я опять вспоминаю Бейрос и его сытные фрукты. В который раз жалею, что не взяла с собой семена. Слишком торопилась улететь. Да и не до семян было в тот день.

Ко мне подсаживается Денир. Этот парень уже третью неделю крутится вокруг меня, и сегодня особенно старается — даже причёску новую сделал. Видимо, после того, как я высмеяла его косички на висках. Теперь виски у него аккуратно подстрижены.

– А где вы марсианские специи достали, Игорь Петрович? – делаю вид, что не замечаю Денира. Его настойчивость слегка раздражает.

– Это военная тайна! – Игорь Петрович подмигивает, а его жена Ольга тут же добавляет:

– Тайна под названием «сосед-контрабандист»!