—Когда лорд проснётся, дайте ему настой, —указала на бокал с чем-то мутно-зелёным, после чего вышла в коридор.

Заняв место Хельги, я замерла, разглядывая Рейнмара.

Если уж совсем откровенно —любуясь. В кои-то веки выпала такая возможность. Почему бы и не воспользоваться.

Не знаю, сколько так просидела, безмолвно его рассматривая. Изучая каждую чёрточку, тень от длинных ресниц, резкую линию губ. Валериана я видела всего раз, но его лицо намертво врезалось в память. Приходилось признать: было в чертах братьев много общего, и в то же время если муж Элианы отталкивал и своей внешностью, и поведением, то к Рейнмару, несмотря на его невыносимые порой шуточки, наоборот хотелось потянуться. Взять за руку, осторожно касаясь пальцев...

Поддавшись порыву, я так и сделала, и заметила, как веки мужчины дрогнули. Тут же отстранилась, но поздно: Рейнмар открыл глаза и посмотрел на меня.

А потом улыбнулся:

—Думал, это Хельга решила подержать меня за руку. Рад, что ошибся...

—Я просто... —Невольно смутилась и, стараясь преодолеть это чувство, спросила: —Как ты себя чувствуешь?

—Как раненый, —ответил Рейнмар, приподнимаясь на руках. Поморщился от боли, но всё же сел на постели, после чего добавил: —Раненый, который уже идёт на поправку. И всё благодаря тебе, Элиана.

—Благодаря Хельге, —улыбнулась я, и снова смущённо. —Если бы не она...

—Если бы не ты, —мягко перебил Рейнмар. —Если бы не ты и твоя сила, в Грейсхольм мы бы не доехали.

Я окончательно смутилась, отвела взгляд и потянулась за настоем, чтобы вручить его гостю. Рейнмар скривился, но выпил всё залпом, а потом чуть слышно хмыкнул:

—Знакомый вкус... Сразу видно: старушка знает, что делает. Если не сегодня, так завтра уже буду бегать.

—Хельга так и сказала.

Я мысленно выдохнула и улыбнулась, на этот раз с облегчением. Наконец осознала, что самое страшное позади, Рейнмар действительно идёт на поправку и всё наладится. Обязательно наладится.

Допив отвар, Рейнмар откинулся на подушки, а я спросила:

—Как думаешь, что это было? Откуда они взялись?

В ответ он усмехнулся:

—Могу предположить, что от Гартена. Почти уверен... Волками управляли с помощью магии. Ты её не чувствовала?

Я покачала головой:

—Магия для меня —терра инкогнита. Ну, то есть я в ней ничегошеньки не понимаю, —поспешила исправиться, поймав вопросительный взгляд Рейнмара. —Я и в себе-то её не ощущаю. Только вот вчера и в тот раз, когда Гратен сюда приезжал. В остальное время я чувствую себя... обычно. Будто и нет во мне никакой силы. Да и появилась она совсем недавно, когда я сюда переехала.

Конечно, я могла ошибаться: вдруг Элиана магичила по-тихому, втайне от благоверного, обнаружившего после свадьбы, что его жена —пустышка. Но что-то мне подсказывало, что сила пробудилась именно во мне —не в ней. И что связана магия с этим домом, с этой землёю.

Словно в подтверждение моих мыслей, Рейнмар проговорил:

—Грейсхольм —место твоей родовой силы, оно питает тебя, поэтому вполне логично, что дар пробудился именно здесь, на родной земле. А то, что ты его не ощущаешь... Силу нужно развивать, как и любой другой навык и талант. Тогда сможешь использовать её не только в моменты опасности, неосознанно, но и в любое время. Я тоже становлюсь сильнее на родной земле. Впрочем, меня дома давно не было... Да и от дара моего почти ничего не осталось, —он горько усмехнулся, а немного помолчав, тихо признался: —Я побывал не в одной битве, Элиана, и ради победы делал то, чем едва ли можно гордиться... Война меня опустошила. Не только морально, но и в магическом смысле. Будь с тобой вчера прежний Рейнмар, твари бы к нам даже не подступились... Для прошлого Рейнмара это была бы просто досадная передряга, а не смертельно опасная схватка.

—И тем не менее ты не испугался и готов был погибнуть, чтобы спасти нас, —тихо возразила я и снова, подвластная очередному порыву, подалась к нему, взяла за руку. —Сумасшедший...

Он осторожно сжал мои пальцы.

—Скорее это вы, леди Ван’Роэль, немного безумны. Решили остаться, чтобы погибнуть со мной за компанию... Но я рад, что могу снова тобой любоваться. Снова слышать твой голос и... чувствовать тебя рядом.

Он сказал это тихо, почти шёпотом — и в этих словах не было ни бравады, ни привычной иронии. Только искренность, от которой внутри что-то болезненно сжалось и тут же сладко отозвалось в каждой клеточке моего тела.

Рейнмар потянул меня за руку, побуждая из кресла переместиться на край кровати. Скользнул пальцами по моей кисти, запястью, нежно лаская, а потом подался ко мне. Без резкости, без напора. Сначала — лишь сокращая расстояние, давая мне время отстраниться, если захочу. Почувствовала его дыхание — тёплое, чуть неровное, услышала, как он задержал его на мгновение и… не отстранилась.