Подошла ближе. След обрывался прямо у одной из массивных ножек. Заинтригованная, опустилась на корточки. На первый взгляд — ничего особенного. Ножка как ножка, уверенно вжимающая в пол ковёр. Сунула руку под него — ничего. Заглянула под стол и... бинго! Взгляд зацепился за небольшой рычажок, а стоило его коснуться и немного потянуть, как часть деревянного днища со скрежетом отодвинулась. На пол упала папка, распухшая от своего содержимого.

Сердце застучало быстрее, и даже пальцы задрожали от волнения.

Выбравшись из-под стола, я плюхнулась на пол и, едва дыша от волнения, раскрыла папку. И тут же впилась в первый лист бумаги взглядом.

«Я, Агата Гартен… »

— Ох ты ж...

Дальше шёл текст, составленный сухим, почти юридическим языком. Пришлось читать дважды, потом ещё раз, чтобы до конца осознать суть написанного.

Получалось следующее... Много лет назад некая госпожа Агата Гартен, владелица дома в Лирмонте (того самого, что впоследствии стал приютом), взяла у леди Далии Ван’Роэль крупную сумму денег «на развитие благотворительного дела». Ноликов на бумаге было нарисовано немало, их я тоже несколько раз пересчитала. В качестве залога передала право на дом и пообещала погасить долг, когда Далия того потребует, но не раньше, чем через пять лет.

В случае возвращения долга в полном объёме, настоящее обязательство утратит силу и исчезнет, будто его и не было.

Эта фраза была написана другой рукой. Я сразу узнала почерк Далии: уверенный, красивый, витиеватый.

Дальше шла фраза, от которой по коже побежали мурашки:

Если долг не будет возвращён, дом по праву переходит к леди Далии Ван’Роэль или к её наследникам по их требованию. В противном случае род Гартенов будут ждать последствия, о которых Агата Гартен предупреждена и которые должны восприниматься не как угроза, но как вынужденная мера.

В самом низу стояло две подписи. Одна изящная, оставленная уверенной рукой:Далия Ван’Роэль . Другую поставила Агата Гартен. И тут же рядом темнело какое-то пятнышко. Можно было предположить, что пролили кофе, но...

Судя по всему, долговую расписку скрепили кровью.

Я перебралась в кресло, чувствуя, как ноги становятся ватными от волнения.

— Это что же получается... Дом, в котором находится приют, — наш? — прошептала, обращаясь к Сумеречным. — Вернее, Далии. А теперь… мой!

Документ был целым, чернила хоть и поблекшие, но вполне читаемые. Никаких следов «саморазрушения», а значит, это действенная долговая расписка.

Закусила губу, чтобы не закричать от радости. И ладони бы в удовлетворении потёрла, но не было сил выпустить из рук бесценный документ.

— Значит, долг Гартены так и не вернули. Всё себе в карман складывали... И это... замечательно! — Улыбнулась своим невидимым помощникам и подскочила на ноги. — Вот такие вы мне нравитесь! Лапочки мои! Интересно, а лорд «Сам Разберусь» уже уехал?

Едва не подпрыгивая от счастья, помчалась выяснять, стоит ли ещё за воротами ландо Рейнмара.

Глава 15

Я слетела с крыльца, долетела до ворот и едва не застонала от разочарования. Аргейл зря времени не терял: с чистой совестью отправился восвояси. Нет бы задержаться! Птичек послушать, на синюю листву полюбоваться... Но нет же, у него гостья! Её общество куда важнее, чем какие-то там сироты!

Теперь уже хотелось рычать, от досады и разочарования. Ну и как теперь быть? Бежать за ним? Увы, у меня нет пропеллера в одном месте, так что догнать всё равно не сумею.

Я развернулась и, с трудом сдерживая желание пнуть ближайший камень, вернулась в дом. В холле остановилась, развернула расписку и ещё раз внимательно прочитала. Строчки были те же, но ощущались по-другому: теперь, когда я понимала, что держу в руках не просто старый клочок бумаги, а почти приговор для одного мерзавца.

Я бы с удовольствием отправилась в Лирмонт сейчас же, но проблема с транспортом была всё так же актуальна и все дороги, как это водится, вели к Рейнмару. Вот только после нашего разговора бежать к нему домой (в который раз) казалось такой себе идеей. Да и где гарантия, что он к своей ненаглядной отправился? Может, ещё куда умчался, и я только зря время потеряю. А по-другому в город не добраться. Разве что пешком... Может, и добреду к ночи. Но с большей вероятностью где-нибудь потеряюсь. Да и вообще... Успокойся, Алина, выдохни. Импульсы импульсами, но лучше не нестись к Гартену на эмоциях, а сначала всё хорошенько обдумать.

В расписке было указано, что она исчезнет, когда долг будет погашен. А до этого? Что, если я покажу её негодяю, а тот разорвёт её в клочья? С него станется!

— Ладно, проверим тебя на прочность, — пробормотала я и осторожно согнула лист пополам.

Ничего. Ни намёка на залом.