Пока мы были на «свидании», Никита добрался до связки ключей Олеси и сделал дубликаты. Теперь у нас есть всё необходимое, чтобы пробраться в дом и немного покопаться в бумагах её отца. Но, несмотря на продуманность плана, меня всё равно потряхивает от адреналина. Это уже какой-то новый уровень. Мы реально собираемся совершить преступление, за которое можем сесть также, как и мой старший брат. Вот только его обвинение было ложным, а наше может стать вполне реальным…

— Готов? — заглушаю мотор, оставляя тачку в роще за кустами.

— Ага, — немного нервно отвечает Ник и натягивает на голову чёрную маску с прорезями для глаз.

Нас никто не должен узнать. Мы никого не должны встретить.

Подходим ближе, и я оглядываюсь по сторонам. Ни души. Воздух напоён запахом полевых трав. Тишину нарушают только крики лесных птиц…

Вглядываюсь в окна дома — света нет.

— Идём?

Ник кивает и достаёт ключи. Ворота медленно разъезжаются, и мы проходим на территорию особняка. Никита тихо присвистывает, когда видит шикарный дизайн приусадебной территории. Да тут настоящий дворец! Вот куда уходят все неправедно нажитые деньги! Как представлю, что разрушенная жизнь моего брата помогла этой семье возвести очередную колонну, или вырыть бассейн, меня начинает колотить. Ну ничего… скоро мы восстановим справедливость!

Имея ключи, нам оказывается совсем несложно пробраться в дом. Половицы тихо скрипят, когда мы проходим дальше, не включая свет. Теперь нужно найти кабинет судьи и сейф, а потом…

— Может быть, тут? — тихо спрашивает Никита, открывая одну из дверей.

За ней оказывается небольшое подсобное помещение.

— Нет, — шепчу в ответ то, что, итак, очевидно. — Давай сперва осмотрим дом, чтобы убедиться, что тут точно никого нет?

— Мы сами видели, как судья с женой уезжали в аэропорт, — скептически хмыкает Никита, проходя дальше. — Тут никого. Но если ты так дрейфишь, то окей, давай сперва осмотрим.

Проходим чуть дальше, и в этот момент мне чудятся чьи-то осторожные шаги.

Замираю как вкопанный. Какого хрена?!

Никита, кажется, ничего не слышит и уверенно идёт вперёд, к лестнице…

Вдруг в кромешной тьме передо мной мелькает хрупкая фигурка! Сердце бешено бьётся в груди, когда я слышу испуганное:

— Ой!

Никита резко оборачивается. Прямо в тот момент, когда маленькая женская фигурка в коротком платьице размахивается чем-то напоминающим бутылку и целится прямо ему в голову!

Делаю резкий выпад вперёд и обхватываю её за талию! Хватаю за руки и прижимаю к себе.

Она взволнованно вздрагивает, и быстро оборачивается, ударяя меня по лицу своими длинными косами…

Охереть! Олеся!?

Маленькое тело конвульсивно извивается в моих руках, пока я крепко сжимаю её, не давая вырваться.

Во рту пересыхает от волнения. Вдыхаю аромат её волос и понимаю, насколько мы облажались! Дочка судьи наврала нам! Она не встречается с подругами! Она решила поехать на дачу. И попала прямо нам в лапы…

В голове полный пиздец! Мысли хаотично путаются, а сердце дико бьётся в груди.

— Пустите меня! — пищит малышка. — Пустите, кому говорю!

Мы с Ником молча переглядываемся, и я подхватываю её на руки и тащу брыкающуюся ношу дальше по коридору, в гостиную…

— Просто уходите! — перепугано лепечет Олеся. — Просто уйдите, и я никому ничего не скажу!

Ну да, конечно… Не скажешь! Уверен, ты тут же позвонишь отцу, а тот вызовет полицию. Перепрячет нужные нам документы, и у нас уже не будет возможности заполучить их! Нет… так не пойдёт!

Толкаю её на диван. Никита встаёт рядом со мной плечом к плечу. Похоже, в его голове сейчас гуляют те же самые мысли…

Олеся рвётся к ночнику и включает его, поднимая на нас полный ужаса взгляд.

Я быстро скольжу глазами по комнате, ища её телефон, или потенциально опасные предметы, которыми она может воспользоваться в качестве самообороны, как вдруг… замечаю на журнальном столике недорисованный карандашный набросок…

Делаю шаг к нему и беру в руки…

В груди всё сжимается в тугую пружину, когда я разглядываю изображённых на рисунке людей. Обнажённые и очень реалистичные, они занимаются страстным сексом… Двое мужчин, что охуенно похожи на нас с Никитой зажимают между собой девушку с длинными тёмными косами…

Толкаю племянника в бок.

Он тоже смотрит на рисунок… Чем больше я гляжу на него, тем сильнее внутри поднимается необузданная похоть. Кажется, я знаю выход из этой ситуации. Выход, который удовлетворит всех троих…

Медленно поднимаю руку и стягиваю с лица маску.

Глаза Олеси расширяются до невообразимых пределов, когда она видит моё лицо. У неё отпадает челюсть, а во взгляде читается шок и недоверие.

— Это… вы? — тихо шепчет, дрожа всем телом.