Никита подаёт с такой силой, что я боюсь, что мяч пробьёт ракетку. Лечу ему навстречу на свой страх и риск, и, всё же, отбиваю в последний момент. Но даже не успеваю порадоваться, потому что дальше Плохиш начинает просто забивать меня резкими, грубыми и кручёными подачами, которых не позволяет себе ни один уважающий себя профессиональный спортсмен! «Грубая игра». Так это называют. Однако чисто технически он правила не нарушает, поэтому тренер ничего на это не говорит!

Мне хочется выть от отчаяния, когда я пропускаю сперва одну подачу, а через минуту другую, третью… Господи, он уделывает меня всухую!

К глазам подкатывают слёзы, когда я понимаю степень своего позора!

Когда время заканчивается, я в сердцах бросаю ракетку на пол и выбегаю из корта.

Мне хочется взвыть и одновременно расцарапать его самодовольную рожу! Быстро смахиваю со щёк слёзы и пулей несусь в раздевалку. Чёртов мерзавец! Он всё заранее продумал! Специально усыпил мою бдительность! Не сказал, что так хорош в теннисе! Заставил сыграть в этот дебильный спор на «желание»! Если он думает, что я буду исполнять его тупое желание после всего этого, то он ошибается! Лично я собираюсь исполнять только своё собственное желание — буду держаться от него как можно дальше!

Всё тело потное и липкое. Кое-как стаскиваю с себя влажную одежду и, обмотавшись полотенцем, иду в душ. Задёргиваю за собой шторку и перекидываю через неё полотенце, чтобы ко мне по ошибке никто не зашёл.

Включаю воду и подставляю пылающее жаром лицо под прохладные струи. Знаю, что кто-то может подумать, что расстраиваться из-за проигрыша в спортивном состязании — глупость. Но… если у тебя в жизни кроме побед больше нечем гордиться, это кажется по истине чем-то ужасным! Постоянно прокручиваю в голове его подачи и мысленно представляю, как отбиваю все до одной!

Тщательно намыливаю тело густой пеной, а потом смываю мыло, делая душ контрастным. Минут через десять разгорячённые мышцы немного расслабляются, и я чувствую себя чуть лучше. Выключаю воду и оборачиваюсь, чтобы набросить на себя полотенце, но… его нет на том месте, куда я его повесила! Какого чёрта?

Аккуратно приоткрываю штору душа, чтобы посмотреть, не упало ли оно на пол, и в этот момент моё сердце делает в груди болезненный кульбит! Потому что прямо передо мной стоит голый по пояс Плохиш! Он гадко усмехается, видя мою растерянность, и поигрывает идеально рельефными грудными мышцами, спрашивая:

— Вот это ищешь? — у него в руках моё полотенце!

— Отдай! — жалобно шепчу, чувствуя себя как никогда уязвимой. Время уже позднее. В женской раздевалке никого! Даже если я буду кричать, меня вряд ли услышат!

— Отдай полотенце и убирайся, озабоченный! — выкрикиваю, судорожно хватая пальцами тонкую шторку душевой кабины, чтобы хоть как-то прикрыться.

— Отдам, — самодовольно заявляет он. — Только сперва подарю тебе твой утешительный приз!

С этими словами Плохиш отдёргивает шторку и… шагает ко мне в душ!

Олеся

В панике оглядываюсь по сторонам, ища хоть какой-то путь к спасению, но его нет! Отступаю назад, когда Никита движется на меня, задёргивая за собой шторку одной рукой. Испуганно прикрываю грудь и треугольничек между ног. Я голая! Совершенно голая перед диким, голодным хищником, который уже почувствовал запах моей капитуляции и успел отведать моей крови на теннисном корте! Чего же он ещё захочет отведать?

Кажется, он ещё не принимал душ. От Никиты пахнет солью, азартом и… мужчиной. Я вся трепещу, теряясь перед его огромным раскачанным телом. Обнажённые мышцы груди поигрывают, когда я скольжу по ним неосторожным взглядом.

— Уйди… — голос садится. Я понимаю, неважно что я скажу ему сейчас — он точно не уйдёт!

— Чего перепугалась, Оленёнок? — сильные лапища ложатся на мои плечи и впечатываю меня спиной в кафель. — Руки убери, они будут мешать, — он самодовольно кивает на прикрывающие интимные места ладони. — Я, ведь, уже всё видел. Мне очень нравится, когда ты голенькая, детка!

Его пальцы скользят всё ниже по моей влажной коже и уже хватают меня за попку, слегка разминая её. Я вся электризуюсь…

— Ты… — нервно сглатываю, боясь поднять глаза вверх. — Пришёл за своим желанием?

Знаю, только что, наедине с собой, я была очень смелой и пообещала себе ни за что не исполнять его «тупых желаний»! Однако, теперь, когда меня припечатывает к стене скала мышц и тестостерона, отказать будет не так-то просто!

— За желанием? — приподнимает бровь. — Если только за твоим! Моё отложим на потом!

— Я… я не этого желала! — оправдываюсь, судорожно вспоминая, озвучивала ли ему, что не хочу его больше видеть, или нет? Кажется, за игру я сказала это минимум десять раз, так что тут сложно ошибиться!