— Вот. Припас немного как раз на такие случаи.

И он помахал перед ее лицом восковой свечой.

— Так ты не первый раз тут ночуешь?

— Не первый. Время от времени людей заносит куда не надо, и приходится их искать. Иногда и до ночи. А еще это отличное место, если надо на время залечь на дно. Или скрыть кого-нибудь. Никогда в жизни никто не найдет.

Что ж. И впрямь отличное место… Уютное, можно сказать. Ялла, содрогнувшись, огляделась. А Арен указал рукой на груду тряпья у каменной выбоины под низко нависшим сводом.

— Вон наше ложе. Там есть полотенце и одеяло. Раздевайся и дуй туда.

Она и впрямь начала подмерзать, но такой невинный — и вполне логичный — приказ, как «раздевайся», опалил щеки жаром.

Ялла старательно отжала мокрые волосы и подняла глаза.

— А ты?

— И я, — кивнул он и тут же наглядно продемонстрировал сказанное.

Ялла неожиданно для себя самой смутилась. Разумеется, это было странно, учитывая то, как они провели прошлую ночь. Но раздеваться под жадным мужским взглядом, когда при этом тебя накрывает и опаляет волнами жгучего желания, поначалу было неловко.

Арен заметил это и, хмыкнув, отвел глаза.

Ялла поспешила закопаться в ворох отсыревших одеял и без особой надежды спросила:

— На костер рассчитывать нечего, да?

Арен, на короткий миг заслонив собой пламя свечи, улегся рядом. Потянул на себя край одеяла. Ялла с затаенным трепетом ощутила прикосновение его прохладного бедра к своему.

— Натаскать сюда дров для костра довольно-таки затруднительно, пока не успел. Я и так нанырялся до головокружения, когда переправлял сюда эти тряпки, свечи с огнивом, запасы еды и воды, и на это мне потребовался не один день. Зато теперь почти гостиничный номер. Кстати, есть хочешь?

Ялла прислушалась к себе и поняла, что у нее вот-вот заурчит в животе. Днем о еде она как-то и не вспомнила.

— Угу.

Арен привстал, покопался в свертках из промокшей сумки и протянул высушенную пластинку солонины. Сухая галета, извлеченная из жестянки в нише пещеры, стала дополнением роскошного ужина.

К чему только не привыкают принцессы, если подержать их на голодном пайке, подумала Ялла и вгрызлась в сушеное мясо.

Арен молча жевал рядом.

Сна не было ни в одном глазу. И Ялла отважилась поднять болезненную для обоих тему.

— Можно задать вопрос?

— Валяй, — благодушно позволил Арен и аппетитно захрустел галетой.

— Тогда, в Сигадоре… Что на самом деле произошло? И почему ты убил принца Дхора?

Челюсти Арена задвигались с меньшим энтузиазмом.

— Поздновато ты изволила спросить об этом, принцесса.

В его душу темной струйкой просочилась застарелая обида. Наверное, до конца она не вытравится оттуда никогда.

— Ой, не начинай, — осадила его Ялла. — Возможности спросить раньше у меня все равно не было. Сначала ты говорил загадками. Потом меня к тебе не пускал Вилиан. После того ты сбежал и пропал на три года. А вчера было как-то не до того, не находишь?

Обида продержалась не так уж долго: растворилась в негаснущем потоке здоровых мужских желаний.

Ему хотелось еды и поцелуев, с затаенным трепетом поняла Ялла.

Ну или не только поцелуев.

Арен вздохнул, и она улыбнулась тому, как он пытался отмахнуться от собственного влечения и сосредоточиться на старых душевных ранах. В чувства проскользнула болезненная печаль.

— Не было никакого злого умысла. Я выполнял свою часть работы согласно плану твоего брата. Ты же хорошо помнишь этот план, великий военный стратег?

Ялла кивнула, неторопливо разжевывая жесткое мясо.

— Нам полагалось провести корабли по Молчащей реке к Северному морю и там высадиться на Талардаг с незащищенной бухты, откуда враг не мог ожидать нападения. А наши основные войска должны были внезапно ударить в тыл со стороны Сигадора, перейдя Молчащую реку по плавучим мостам, пока противник держал в поле зрения горы на границе с Гессардией. Но что-то пошло не по плану, верно?

Она вопросительно посмотрела на Арена, задумчиво поедающего солонину.

— Все пошло не по плану, когда я решил выслать разведку.

— Разведку? В Сигадор?

Он кивнул.

— Как выяснилось, небезосновательно. Данные разведчиков лишь выявили то, о чем я давно подозревал. Сигадор называл себя союзником Гессардии лишь для отвода глаз. На деле они давно создали тайный альянс с Талардагом, вели подпольную торговлю оружием и сговорились раз и навсегда покончить с вальханами, поработившими исконную землю даргедийцев.

Ялла бросила на него косой взгляд, но ничего не сказала.