— Рассказывай, мне не терпится узнать все ваши секретики, — воскликнула Али и улыбнулась, пытаясь скрыть своё смущение от слишком провокационных действий и близости Эйнара.

Но смущение быстро прошло, сменившись искренним любопытством. Эйнар был превосходным рассказчиком, и история получилась очень красочной, но безумно печальной.

Тем временем на окраине пустоши.

Портал выбросил Ардена и родителей Кэрри на промерзшую землю в паре сотен шагов от границы сети. Вдалеке уже мерцали огни — делегация Южной империи расположилась на безопасном расстоянии от ледяных демонов. Разбили шатры, разожгли костры, словно на пикник пожаловали, а не решать глобальные вопросы безопасности их расы.

— Не люблю эти игры, — проворчал Арден, забирая протянутую его воином рубашку и на ходу застегивая мелкие пуговки. — Никлас всегда любил театральность.

— А ты — нет? — усмехнулся Рэйнар, но усмешка вышла жесткой.

Селеста молчала. Она смотрела туда, где среди снежных вихрей угадывались фигуры. Пять мужчин в синих плащах, а в центре — высокий блондин в белом. Его Высочество Никлас собственной персоной.

Они приблизились. Никлас окинул Ардена холодным взглядом, скользнул по Рэйнару и задержался на Селесте.

— Верховная, — он склонил голову в уважительном полупоклоне. Затем кивнул мужчинам и вернул свое внимание Селесте. — Рад видеть вас, жаль, что при таких обстоятельствах.

— Да, Ваше Высочество, — холодно улыбнулась Селеста. — Это уже становится не самой лучшей традицией. К сожалению, все наши немногочисленные встречи носят налет трагедии.

Возможно, мелочно для Верховной. Но как женщина, она не могла не припомнить выходку принца, которая доставила слишком много боли совсем ещё юной, невинной девочке — в угоду амбициям некоторых.

— Вы правы, — покорно кивнул принц, но глаза его недобро сверкнули. Всего на долю секунды. Но Селеста заметила. Затем он, как ни в чем небывало, обратился к Ардену: — Что у вас тут происходит? Это и вправду Морхальд? Ты уверен в этом?

— Уверен, — твердо произнес Арден. Ему совершенно не хотелось сейчас находиться здесь, мыслями он был далеко. Но он понимал всю важность ситуации и должен был заняться своими прямыми обязанностями. — Ты помочь прилетел или просто поглазеть?

— Угроза общая, — Никлас развел руками. — Демоны, Морхальд… Вы же не думали, что мы будем сидеть сложа лапы?

— Это не отменят того, что ты, как всегда, не вовремя, — огрызнулся Арден, теряя последние крупицы контроля. — Есть конкретные идеи, как драконам выжить?

— Ну что же, раз это действительно Морхальд, тот самый, который поклялся истребить всех драконов из-за одного влюбленного идиота, то… — Никлас выдержал театральную паузу и с серьезным лицом выдал. — Нам конец. Что тут можно ещё выдумать? Разве что… та ведьма, которая создала эту чудо-сеть, придумает ещё нечто уникальное и действенное. Кстати, уважаемая Селеста, я слышал, что это юное дарование — ваша дочь. И раз уж мы скорее всего скоро все умрем, я просто не могу не удовлетворить своё любопытство. Как вы посмотрите на то, если я предложу вашей дочери корону и трон?

— Нет, — рявкнул в изумленной тишине Арден, который на глазах стал раздуваться, грозясь обернуться в огромного золотого дракона. — И корона, и трон у неё уже имеются, как и прочий ливер, прилагающийся к этому барахлу.

— Э-э-э, братишка, не кипятись, — опешил Никлас и пошел на попятную. — Нет так нет. Давайте лучше подумаем, что могло ослабить барьер, который простоял почти пятьсот лет.

Глядя на брата, он понял: с предложением всё же опоздал. Судя по реакции Ардена, девчонка — его пара, и отбить вариантов тут точно нет, а жаль. Такой был план идеальный… От досады Никлас поморщился, но больше ничем не выдал своего бешенства. А ведь он искал её. Все эти два года искал дочь Верховной в надежде соблазнить, приручить… Что же… Вернуть слишком уж наивную Алику будет несложно. Если он больше ничего не придумает. А он придумает…

— Вот ты и думай, — рыкнул Арден и, обернувшись огромной огненно-золотой махиной, стрелой взмыл ввысь…

И никто так и не заметил одинокую внушительную фигуру, наблюдающую за всем происходящим в тени небольшой скалы. Фигура проводила заинтересованным взглядом дракона и, прищурив свои глаза с алым вертикальным зрачком, вновь вернула внимание к происходящему на небольшом участке ледяной пустоши.

А несколькими часам ранее на границе Ледяного леса.

Кэрри уже опустилась на искрящийся снег и с наслаждением вдохнула полной грудью сладкий, морозный воздух. Саламандрик, согревшийся за время полета, с любопытством озирался по сторонам, сбрасывая с себя остатки сонной неги.