Зря я отговорила Трасса от сопровождения… все равно удовлетворить любопытство Оникса мог лишь медик собственной персоной.

— Что ты делал с Даной⁈ — опасно прошипел Оникс. Между рогов пробежала яркая вспышка.

— Воздействовал на точки удовольствия Даны, — спокойно ответил Трасс и снова улыбнулся мне.

Эм-м-м… Да вроде не было такого. Хотя, ночью у меня напрочь пропало ощущение времени. Может, и часть воспоминаний исчезли, как во хмелю?

Я совсем смутилась, хорошо, что лицо полностью находилось под одеялом, и мужчины не видели мои пылающие щеки. Уверена, что даже волосы сделались алыми!

Оникс окончательно то ли рассвирепел, то ли дошел до крайней степени удивления, потому что следующий вопрос он произнес буквально по слогам:

— Она дала свое согласие?

— Ты дал согласие на оказание медицинской помощи, — улыбнулся Трасс. — А что до точек… Дане нравились прикосновения к руке.

Точно, по руке меня гладил милый-премилый хвост! Но не помню ничего такого…

Дион тем временем накрыл меня сверху своим могучим телом и добрался губами до торчащей наружу макушки, будто хотел спрятать от того смущения, которое накрывало меня волнами. От невинного поцелуя по спине побежали сладкие мурашки.

— Дана повлияла своей силой на саму себя, а не на Гра-Мин, — серьезно объяснил Трасс. — Похоже, это произошло еще раньше, в пути. А ночью я следил, как мои прикосновения меняли поведение уже имеющихся иммунных клеток…

— Вылезай, Дана, — подначил Дион, чуть ли не мурлыча по-настоящему. Тут-то я почувствовала прямо сквозь плотное одеяло, как напряженное мужское естество уперлось мне в бедро. — Слышишь? Надо провести еще парочку оздоровительных процедур. Как тогда в пути. На будущее.

Я приоткрыла пошире маленькую щелочку, в которую до этого подглядывала. Хотела запустить в свое убежище свежий воздух, а наткнулась на потемневший и одновременно смешливый взгляд Диона.

— Ты невероятно прекрасна, Дана! Ты уже совершила невозможное, — неотрывно глядя мне в глаза потянул Дион. — Иди ко мне, моя девочка, ты заслуживаешь самую приятную в мире награду…

— Ты интуитивно нашла самый необычный способ решить задачку, не решая, — искренне восхитился Оникс, замерев посреди комнаты.

— Значит, между нами больше нет преград? — робко обрадовалась я и выглянула из-под одеяла чуточку сильнее.

— Подожди, моя сладкая, — задумчиво протянул Оникс. — Количество яда от мимолетного поцелуя ничтожно мало по сравнению с настоящей близостью.

— Еще рано давать какие-либо прогнозы, — согласился Трасс. — Сначала тесты.

— Моя задача — спасти народ Гра-Мин от вымирания, — твердо заявил Оникс. — Дана, мой истинный свет, я все равно прошу тебя поработать над преобразованиями.

Из его голоса исчезли ярость и негодование. Осталась прежняя ледяная решимость: как можно скорее помочь своим соотечественникам.

— Дане придется еще немножко потрудиться над собственным иммунитетом, — возразил Трасс и просиял: — Тогда мы сделаем лекарство для женщин, которые захотят взять в мужья граминцев! Останется отследить цепочку преобразований от начала до конца и убедиться, что все работает верно.

Оникс окинул кровать решительным взглядом и произнес:

— Дион, тогда тебе придется остаться на Гра-Мин.

В комнате вдруг сгустился воздух. Все трое мужчин, которые стали мне небезразличны за время космического путешествия, присутствовали в помещении одновременно. А я… я лежала в кровати одного из них и… нарывалась на немедленную проверку иммунитета.

Су-у-у-ущие пустяки!

Хоть я и свернулась калачиком под одеялом, накрывшись с головой, внимание всех троих мужчин было полностью приковано ко мне.

В щель, которую оставила для доступа воздуха, я следила за Ониксом и Трассом. Дион прижимал меня к кровати крепким мускулистым телом, и я его не видела, только чувствовала заботу и волнующий жар.

Зато с замиранием сердца следила, как решительно приближался Оникс…

Неужели он передумал и все случится сейчас?

Оникс уселся на кровать с противоположной стороны от Диона и положил ладонь мне на талию. Даже сквозь одеяло я ощущала его особую, будоражащую прохладу. Оникс неспешно склонился и поцеловал краешек волос, торчащий из моего убежища. Так же медленно мятное облако обволокло каждый миллиметр моей кожи.