И он склонился к моему лицу и легонько прихватил нижнюю губу своими сухими и чуть прохладными. Я снова задрожала, покрываясь сладкими мурашками, кутаясь в мятный флер с внезапными хвойными и смоляными нотками, словно в невесомые шелковые простыни. Я видела, что Ониксу приходилось сдерживать собственную силу и страсть, так он меня оберегал.

Он осторожно провел губами по моему подбородку, прочертил дорожку кончиком языка по шее, поцеловал ямку между ключиц и спустился к груди. Губы медленно втянули вершинку. Крепкая ладонь огладила бедра, вторая уперлась в кровать около моей головы. Его мускулистое тело накрыло меня, будто спрятало от всего мира.

В тот момент для меня не существовало больше никого и ничего! Только мы вдвоем, наше сбивчивое дыхание и стук сердца в ушах.

Мне вдруг так захотелось услышать и сердце Оникса, что я с наслаждением втянула воздух через приоткрытый рот и я обхватила его шею ладошками. Под мятной кожей туго перекатывались мышцы. И я очертила рельефные плечи и спустилась к твердой мужской груди. Прислонила ладошку, надеясь почувствовать пульс.

А Оникс вдруг перестал сдерживаться, вклинился между моих коленей и прижался пахом к влажным складочкам.

— О-о-о-о! — томно протянула я, охваченная жаром. От неожиданности забыла обо всем на свете. И что собиралась делать и зачем. Мысли испарились, и я наконец всецело отдалась во власть своего мужчины.

Оникс больше не дразнил меня. Он впился в мой рот нетерпеливым глубоким поцелуем. Таким долгожданным, что я забывала дышать, лишь плыла по течению, следуя танцу его прохладного языка. Большим пальцем руки Оникс раздвинул мои губки снизу и без колебаний вошел на всю длину.

Упругие ребрышки задели все приятные точечки, какие у меня были! Я даже не подозревала, что сразу может быть так хорошо! А когда он задвигался во мне, я сорвалась в бездну. И тонула в удовольствии мгновение за мгновением, толчок за толчком. Парила в невесомости, а потом снова падала и снова неслась ввысь.

Тело словно растаяло.

Нет, я, конечно, периодически осознавала, что мужская ладонь сжала сосок. Любимые губы подхватили капельку влаги с разгоряченного лба, выпили мой стон. Иногда ловила себя на том, как сильно впивались мои пальчики в мужскую спину.

В остальные моменты мне казалось, что мы в страстном танце сплелись наши души. Или что-то еще… более сильное и важное, чем физические тела.

Ведь и на физическом уровне происходило нечто волшебное! Светящиеся бугорки на мужском органе Оникса пульсировали внутри меня, посылая какие-то микроскопические сигналы. Возможно, как его рога, только гораздо более приятные и будоражащие. Похоже, они на самом деле сливались с моими нервными окончаниями.

Я будто расширилась, но при этом стала такой наполненной, какой никогда себя не ощущала. И я точно знала, что Ониксу так же хорошо, как и мне. Он чувствовал мои взрывы наслаждения, как свои собственные. А я улавливала новые для себя сладкие фейерверки, которые точно принадлежали ему, его пику удовольствия.

Мы превратились в одно целое, с общими чувствами. Мы отражались друг в друге, как два зеркала, многократно усиливая каждое ощущение, словно зеркальный коридор.

Бесконечно сладко! Бесконечно остро! Бесконечно приятно!

— Ты моя, — произнес Оникс и властно припечатал: — Отныне и навсегда.

— Наконец-то, — вырвалось у меня сквозь блаженную улыбку.

Расслабленно потянувшись, я пристроила голову на груди Оникса — там как раз была удобная ложбинка, идеально совпадающая с моей щечкой. Я оказалась в уютной освежающей неге, и у меня тут же начали слипаться глаза.

«Я в коридоре около твоей комнаты», — неожиданно раздался в голове знакомый шепот, от которого я успела отвыкнуть. Трасс! — «Войду?»

Ой-ой, а я уже и забыла, на что подписалась!

Я резко села на кровати.

— А-а-а, а Трасс уже тут, — протянула, не зная, куда спрятать охватившее меня смущение. — За дверью.

Оникс кивнул, мигом слез с кровати, обмотал бедра простыней.

Я тоже вся закуталась.

Оникс открыл дверь.

— Ты как всегда предусмотрителен, — подметил он, приглашая Траса внутрь. — Я рад, что ты уже здесь. Чем быстрее ты все сделаешь, тем безопаснее для Даны.

— В лучшем виде, — серьезно пообещал Трасс и приблизился к кровати.

Ой-ой! Так быстро⁈