е желая продолжать обсуждение. Я поклонилась в знак уважения и быстрым шагом направилась к выходу.Мне казалось, что воздуха в груди совсем не хватает. Стражи, дежурившие у выхода, молча открыли передо мной дверь, и я выбежала из замка, жадно хватая ртом воздух. Бесконечно хотелось бежать дальше, прочь от замка, прочь от обязанностей и обязательств, от навязанных традиций и ожиданий. Я добралась до сада, расположенного недалеко от замка. Он был совсем не таким, как сады на моих родных землях. Цветов здесь было мало, а деревья росли так тесно, что почти полностью закрывали небо. Создавалось ощущение замкнутости, словно сам сад ограничивал пространство. Я опустилась у одного из деревьев, облокотившись спиной о шершавую кору. Чтобы отвлечься от тревожных мыслей, я решила попробовать вызвать элементаля. Призвав огненную магию, я попыталась создать саламандру, но сосредоточиться не удавалось. Воля ослабла, мысли были хаотичны, и магия отвечала нехотя, распадаясь в руках. Несколько попыток не принесли результата, и я почувствовала раздражение. Не в силах справиться с внутренним напряжением, я начала бить по дереву, выплёскивая свои чувства. Кора трескалась под ударами кулаков, но я не могла остановиться. Вдруг я услышала мужской голос, приятный и глубокий:- Перестаньте, вы поранитесь.Вздрогнув, я повернулась и увидела мужчину, высокий рост которого подчеркивал стройность фигуры. Его длинные темные волосы были собраны в свободный узел, открывая красивое лицо с четкими чертами. Серые глаза, словно затянутые дымчатой пленкой, были обведены отчетливой бордовой каймой, придававшей взгляду особую выразительность.- Кто вы? - спросила я, отряхивая руки от коры, оставшейся после ударов по дереву. - Простите, я не представился. Меня зовут Кэлтор, я близкий друг господина Эдмонда. - ответил он, и вежливо поклонился. Я смотрела на мужчину и не могла поверить, что у такого, как Эдмонд, есть друзья. Он всегда казался мне закрытым и необщительным, предпочитающим держаться особняком. Я не могла представить, чтобы кто-то смог стать близким другом человеку с таким характером. Кэлтор же выглядел совершенно иначе: открытый и дружелюбный. Он производил впечатление человека, которому легко находить общий язык с окружающими. Такая разница между ним и Эдмондом казалась невероятной, и я задумалась, что могло связать их дружбу. - Меня зовут Лунария Далмор. - представилась я в ответ. - Рад знакомству, - ответил Кэлтор, его голос звучал искренне. - Что же вас так разозлило? - спросил он, посмотрев на дерево. - Это неважно. Откуда вы знаете господина Эдмонда? - спросила я. Кэлтор улыбнулся, он словно начал вспоминать старые времена, и его взгляд приобрел мечтательный оттенок.- Мы знакомы с детства, - начал он, слегка улыбаясь. - Я вырос в семье, связанной родственными узами с родом Блекторнов. Эдмонд и я учились вместе, сражались бок о бок и даже ходили на охоту. Он всегда был замкнутым, но надежным товарищем. - А вы приехали на свадьбу? - спросила я, выслушав рассказ. - Да, хотел сегодня познакомиться с невестой лично. Интересно, кто так заинтересовал моего друга. - ответил мужчина, подойдя ближе. Услышав эти слова, я рассмеялась. - Я сказал что-то смешное? - спросил он, удивлённо глядя на меня.- Считайте, что вы с ней уже познакомились, - ответила я, снова поклонившись. Лицо Кэлтора в тот же момент изменилось. Его глаза округлились, а улыбка исчезла, сменившись выражением изумления. Он, пытаясь переварить неожиданную новость, ответил:- Я представлял вас совершенно другой.- Я не подхожу под типаж господина Эдмонда? - поинтересовалась я. - Дело не в этом, - пояснил Кэлтор, - Эдмонд вообще ни с кем не сближался. У него были девушки, но лишь для того, чтобы удовлетворить свои потребности.Я почувствовала, как внутри меня что-то сжалось, и, представив сцену, как Эдмонд целует и ласкает другую девушку, едва сдержала тошноту.- Не нужно подробностей, - сказала я, стараясь сохранить нейтральный тон.Кэлтор, заметив мою реакцию, рассмеялся. - Не хотите со мной прогуляться? - предложил он. - Нет, мне пора возвращаться. Спасибо за познавательную беседу. - ответила я, слегка поколебавшись. Мы поклонились друг другу, и я направилась обратно в замок. Сегодня я узнала немного нового о вампире, но впереди меня ждала ночь в его покоях, и эта мысль наполняла меня тревогой. Я бродила по комнате взад-вперёд, пытаясь успокоить нервы. Мысль о предстоящей ночи не давала мне покоя, и я снова и снова спрашивала себя, правильно ли поступаю, но ответ неизменно ускользал. Нервы были натянуты, как струны, и я не могла усидеть на месте. Звук часов, пробивших полночь, был глухим и тревожным. Посмотрев на себя в зеркало, я увидела хрупкую девушку с длинными волосами, одетую в шелковую ночнушку. Мой взгляд был тревожным и растерянным, отражая внутреннее смятение. Медленно, словно преодолевая невидимый барьер, я вышла из своих покоев и подошла к дверям Эдмонда. Сердце бешено колотилось в груди, и я чувствовала, как пульсирует кровь в венах. Неожиданно дверь его покоев открылась, и я увидела Эдмонда.- Не надо так волноваться, - сказал он, слегка улыбаясь. - Я слышу ваше сердцебиение через дверь.Я почувствовала, как моё сердце забилось ещё быстрее, и я сделала шаг внутрь его покоев. Я медленно обошла его комнату, чувствуя, как Эдмонд наблюдает за мной. К моему удивлению, у него был большой шкаф с разными книгами, и я поняла, что он любит читать и открывает для себя что-то новое. В комнате приятно пахло цветами, и я заметила, что в вазе стоят мои любимые полевые цветы.- Хотите вина? - спросил он, наливая себе бокал.- Да, думаю, мне сейчас не помешает, - ответила я, принимая предложенный напиток. Я опустилась в кресло напротив камина, тепло и треск дров успокаивали мои нервы. Бокал вина был приятно охлажденным, и я сделала небольшой глоток, наслаждаясь его вкусом. Я почувствовала, как приятные волны тепла распространяются по моему телу, веки стали тяжелыми, словно налитыми свинцом. Последние мысли, похожие на клубы дыма, таяли, оставляя после себя только покой и лёгкость. Я погрузилась в сон, словно нырнув в глубокое озеро спокойствия. Последнее, что я помню, - это как бокал, выскользнув из моей руки, мягко упал на ковёр.