Я вскрикнула, когда лед обжег кожу — весь водоем покрылся им в секунду! Инир подхватил меня на руки, и мы выпорхнули из воды прочь. Он, еще держа меня на руках, гневно выкрикнул:

— Что за трюки ты используешь?!

Вне воды кожа сразу покрылась мурашками от холода. Я поспешила спрыгнуть с его рук, пораженная случившимся. Губы все еще влажные, а низ живота разочарованно ноет.

— Хотела спросить тебя о том же! — выкрикнула не менее зло.

Мы оба — распалённые и мокрые — пялились друг на друга тяжело дыша.

И все еще голые.

Я опустила взгляд и сразу залилась густым румянцем, отворачиваясь. Мужество Инира было во всей готовности и только миг назад оно было так близко… Я судорожно схватила халат с камней и накинула на себя.

— Я понял, — голос Инира опалил шею. Я резко одернулась. — Ты мне врешь. Врешь, что больше не любишь своего солнечного мальчика… Ты с самого начала хотела обмануть меня, завлечь своими играми , чтобы выжить.

Он называет это игрой?! Я обернулась к нему, прожигая недовольным взглядом и поджав губы. Вожделение медленно угасало, сменяясь обидой.

— Кажется, я тут оказался дураком, да? — хмыкнул Инир, с неприязнью оглядывая меня. — Но теперь-то я все понял.

Хотелось залепить ему пощечину, но я чудом сдержалась. Лишь выкрикнула, не в силах слушать этот бред:

— Что ты несешь?! Так не веришь, что мог мне понравиться?!

Сказанное застало мага врасплох. Он вылупился на меня так, будто я превратилась в жабу.

Он правда верил в то, что сказал?! По его мнению, я все делаю лишь бы его обмануть, но я…

… мог мне понравиться.

Осознание рубануло — это было чистой правдой. Мне хотелось его даже сейчас, хоть раздражение достигало критической отметки.

Если бы Инир сейчас поцеловал меня, я бы нырнула в его руки с радостью. Мне никогда не было так приятно…

Кажется, между нами все навсегда изменилось.

— Ты лжешь, — отрешенно произнес Инир.

Я грустно выдохнула, потянула к нему руки, желая убедить в обратном, но он резко перехватил их, сжав.

— И я не собираюсь дальше тебя слушать. Твоей сладкой лжи больше не обдурить меня.

Мир перевернулся, и мы телепортировались прочь.

Я обнаружила себя в своей спальне в одиночестве. Инир пропал сразу же, оставив после себя несколько снежинок, что мгновенно растаяли в воздухе.

Я не заметила, как погрузилась в сон.

Казалось, я вечность пялилась в потолок балдахина и пыталась обдумать случившееся.

Я и Инир… Мы были так близко. Мы целовались и...

Я не могла думать об этом и не краснеть.

Жаркое дыхание на моих губах, руки, скользящие по влажной коже. И его твердое достоинство, настойчиво упирающееся в мою промежность.

Мы были в мгновении от чего-то куда более значимого, чем поцелуй.

И откуда это взялось и почему до сих пор никуда не делось? Стоило мне коснуться Инира, как чувства захватили меня и не отпускали. Он был красив, притягателен и так одинок…

Мне хотелось это изменить.

Но я сделала только хуже.

Пыталась избегать его, ага! В глаза не хотела смотреть, а сама!

Неужели я просто пыталась подавить в себе незнакомые чувства? Я ведь даже разобраться в них не могу, потому что…

Никогда не любила.

Милые мальчики в приюте не считаются. Любовь к ним испарялась сразу же, стоило им открыть в мою сторону рот. Я была падкой на внешность, но жизнь научила, что те, кто строят глазки — самые худшие из всех. Становясь старше я не испытывала к мужчинам ничего кроме равнодушия.

Только в университете я познакомилась с по-настоящему приятными парнями. Что придерживали мне дверь, помогали книги до библиотеки дотащить и делились конспектами. Но самых приличных разобрали мои новые подруги, мне достались те, что играли в добреньких ради того, чтобы затащить меня в кровать.

А я не давалась. Я не хотела лишаться девственности просто потому, что пора бы уже.

Но все же желала этой близости. Порой представляла… Думала, что когда настанет нужный момент я растеряюсь и поведу себе как дура, но… С Иниром было так просто. Будто мы делали это каждый день.

Почувствовал ли он тоже самое?

Он наорал на меня, обвинил… И обидел в самое сердце. Мой порыв страсти был искренним, а он…