Вздернутый курносый нос. Мягкие губы в лёгкой полуулыбке.

Шея длинная, тонкая. Ключицы заметно выпирают. Кожа белая, практически прозрачная. Я вижу венку, которая пульсирует у основания шеи.

Вырез на сарафане достаточно глубокий и я не могу оторвать глаз.

– Ты меня рассматриваешь? – Каролина поворачивается ко мне лицом.

– Да, – не стесняясь отвечаю я. Провожу пальцем по ее щеке, убирая волосы. Дальше на шею и вниз по голому плечу.

Мне хорошо. И в настоящий момент желание только одно – поцеловать Каролину.

Я мысленно предвкушаю вкус её губ.

Но будильник прерывает этот полусон-полувоспоминание с нашего пикника. Он снится мне каждую ночь. Я и засыпаю в ожидании. Правда, сон всегда прерывается на одном и том же моменте.

Я собираюсь её поцеловать.

Больной скорее мертв, чем жив. И никаких признаков выздоровления. Это я про свою болезнь Платоновой.

Она везде. Снится мне ночами. А днем я вижу её в каждой хотя бы отдалённо похожей на неё девушке. В каждой.

И это похуже любого кошмара. Все время думать и знать, что ничего нельзя изменить.

Я выбросил все напоминания о Платоновой, включаю те самые злополучные сережки. Только её подарок не смог. Закинул футболки подальше в шкаф, чтобы не попадались на глаза.

Пока собираюсь на экзамен, пытаюсь отойти от своего сна.

Сегодня физика. Через два дня выпускной. А потом я уеду.

Специально брал билет на утро после выпускного. С бала сразу на корабль.

А там мне будет уже не до Каролины. Новая жизнь. Новое место.

ЕГЭ по физике там не пригодится. Это для меня. По старой привычке доказываю всем, что я не хуже брата. Не глупее. И даже в состоянии сдать самостоятельно экзамен.

Водитель везет меня в новую школу, а я утыкаюсь в учебник. Это хоть как-то отвлекает меня от мыслей.

Этот месяц я занимался, как не в себя.

Просто решение задач – единственное, что хоть как-то помогало освободить мозг от непрерывного потока мыслей о Платоновой.

У школы толпится человек пятьсот, не меньше.

И в этой толпе я тут же вычленяю Каролину. Она стоит ко мне спиной. Рубашка, коротенькая юбочка. Волосы заплетены в косу. Непривычная прическа.

Стоп.

Какая Платонова на физике?

Она в десятом классе.

Её здесь быть не может.

Моргаю. Помогает. Ошибка зрения. Это становится уже навязчивой идеей фикс.

Видеть ее везде и всюду.

Осталось уже немного. Скоро станет легче.

***

– Илья, ты одеваешься? Начало через час. А мы даже не вышли из дома, – мама без стука заглядывает ко мне в комнату. Она уже при полном параде. Вечернее платье, прическа. Ещё бы. Сегодня особенный вечер. Она не только учредитель гимназии, но и мама выпускника.

– Поезжайте без меня, – отмахиваюсь от неё. Я валяюсь на кровати с учебником по физике.

– Не смешно. Тебе что совсем все равно?

– Нет, конечно. Это очень важный день в моей жизни. Я все помню.

Приходится сползти с кровати, изображая активность.

– Вы реально можете ехать. Я дождусь Женю. И без нас не начинайте.

Мама смотрит на меня с широко открытыми глазами.

– Может выйдешь? Мне же надо одеться.

Она все таки выходит. Молча. А я неспешно напяливаю рубашку и брюки.

Слышу, как хлопает дверь. Уехали.

Уверен, что Гриша тоже подтянется. Приедет, типа поддержать.

Ему то они сказали что разводятся? Или только я на правах «любимчика» удостоен такой чести?

Я остаюсь один, но не надолго. Через пару минут снова хлопает входная дверь.

– Илья, ты где? – из коридора раздаётся голос Жени. – Блин, ты че ещё не собран?

– Остался галстук и пиджак, – демонстрирую ей, как затягиваю на шее это чудо изобретение.

– Посмотри, какие босоножки лучше. Что-то не могу выбрать.

У неё в руках две пары одинаковых босоножек. Но, конечно, она скажет, что они отличаются.

– Эти, – тыкаю в правые.

– О. Совпало. Я тоже к ним склонялась.

Сестра тут же обувается.

– Ну как я тебе?

Я равнодушно смотрю на Женю. Сто пудов просидела все утро в салоне. Волосы убраны на одну сторону и уложены в какую-то загогулину. Макияж можно рассмотреть из космоса. Ну и платье со шлейфом.

– Супер, – показываю большой палец.

– Ты даже не посмотрел.

– Я и так вижу, что ты выглядишь отлично. Лучше всех. Корона твоя.

– Думаешь? Дай поправлю.

Она поправляет мне галстук. Я вижу, что глаза у неё грустные. Знаю, настоящую причину, но молчу.

– Так лучше.

– Ты как? – спрашиваю у Жени.

– Нормально. Пошли? А то опоздаем.