- Молодец, маленький командир, - похваливаю кроху, когда у него получается сдвинуться с места. Он активнее двигает ножками, переставляет ладошки по ковру, путается и едва не падает, но я успеваю подхватить его на руки. - Настоящий боец. Весь в отца, - расцеловываю пухлые, румяные щечки.
С первого этажа доносится сигнал домофона, следом раздается грозный собачий лай, и я вместе с сыночком осторожно спускаюсь по лестнице. Рыжик бегает под ногами, по-хозяйски обнюхивает территорию и рычит на входную дверь. В коридоре я переступаю через стройматериалы, укоризненно вздыхаю и тут же мечтательно улыбаюсь, окидывая взглядом захламленное помещение.
Наш дом….
Моя квартира была слишком тесной для многодетной семьи, поэтому Миша купил для нас уютный коттедж в тихом, живописном районе, но успел привести в порядок только детские комнаты и спальню на втором этаже. Мы так спешили переселиться в собственное просторное гнездышко, что решили делать ремонт в процессе. Однако даже не догадывались, каким испытанием это станет для всех….
Я разрываюсь между детьми и свадебным агентством, Миша носится по судам, в перерывах занимается развитием спортивного центра. Наша жизнь кипит, бурлит, перестраивается. Мы погрязли в повседневных заботах, как среднестатистические супруги со стажем. Но… нам это нравится.
Мы снова живые, любящие, счастливые.
- Михаил вернулся? - спрашиваю с надеждой, зажимая кнопку домофона.
- Нет, хозяйка, - отзывается охранник. - Богатырев у ворот. Разрешите открыть?
- Разрешаю, - разочарованно выдыхаю.
- Дожили, - смеётся на фоне Данила. - Мои же ребята меня не пускают.
- Не положено, - ворчит начальник службы безопасности. - Регламент.
- Все правильно, орлы. Так держать! Семью моего друга берегите как зеницу ока, - наставляет их с добрым сарказмом.
Я открываю дверь, опираюсь плечом о косяк и, покачивая Мишаню на руках, наблюдаю, как Богатырев лихо въезжает во двор и паркуется напротив крыльца. Охрана тут же задвигает за ним железные ворота.
После похищения дочек Миша серьёзно озаботился нашей безопасностью. На помощь пришел его боевой товарищ, благодаря которому наш недостроенный дом напичкан камерами, системой сигнализации и окружен по периметру. Муха не пролетит.
В деле о пожаре на крейсере Данила тоже сыграл важную роль, по своим каналам добывая для Миши всю возможную информацию, даже засекреченную. Чтобы поддержать товарища, он экстренно вернулся в Питер из Карелии.
- Здравия желаю! - бодро выкрикивает мне, высунувшись из машины. - В «Незабудки» заехал, двух белобрысых Незабудок забрал, чтобы ты не просила о помощи какого-то баклана, который Демину не нравится. Надеюсь, ничего не перепутал, иначе командир меня прибьет.
С недавних пор безымянный спортивный центр наконец-то обрел название - «Незабудки». В честь наших крошек, которые сейчас выскакивают из машины и радостно бегут к дому. Приседаю, чтобы поцеловать их, а они, игнорируя меня, наперебой чмокают Мишаню. Малыш смеётся, девчонки ласково треплют его по макушке.
- Привет, мамуль, - помахав мне ручками, они вприпрыжку залетают в холл. Мчатся к себе на второй этаж, а следом семенит Рыжик, контролируя и оберегая маленьких хозяек.
- А где сам Миша? - с тревогой шепчу Даниле. - Всё ещё в суде?
- Да, заседание задерживается, но это хороший знак. Прямо сейчас судят урода, который подставил Михаила и всю команду. Дай бог, сегодня его и закроют. Лишат высокой должности и всех регалий, в штаб флота он больше не вернется, зато Демина, скорее всего, восстановят в звании.
- Ма-мам, - напоминает о себе малыш, и я поглаживаю его по спинке.
- Привет, боец! Надо же, мини-копия Демина.
Богатырев косится на сыночка, щелкает его пальцем по носику и улыбается тепло, но с необъяснимой тоской. Будто по-доброму завидует другу, ведь сам одинок. Ни семьи, ни детей.
- Два месяца идут суды. Невыносимо долго! Данила, вы в курсе, что происходит? - пытаюсь добиться правды. - Миша не посвящает меня в подробности дела.