Сердце колотилось, дыхание сбивалось. Я поняла: возможно, изначально была неправа. И это не Ад, а что-то совершенно иное. Сколько в моём мире религий, богов? Сотни, и это лишь те, информация о которых дожила до наших дней. Я никогда особенно не интересовалась верой и всем, что с ней связано, считая себя разумным современным человеком, прислушивающимся лишь к разумным доводам. К тому, что можно увидеть, потрогать, почувствовать и объяснить. И сейчас мой внутренний мир, выстроенный с таким трудом, рухнул. Поэтому я совершенно не понимала, что чувствовать, на что надеяться и как быть. Наверное, именно эта неизвестность пугала сильнее всего. И монстры. Да, монстры тоже очень пугали.

Тем временем красноволосый склонился надо мной, его взгляд, полный нескрываемого интереса, изучал моё лицо. Кончики его пальцев осторожно коснулись моей щеки, а затем он с любопытством рассматривал их, будто что-то и правда на них отпечаталось. Он потер большим пальцем по среднему с указательным, словно пытаясь что-то нащупать, принюхался, и, довольный, улыбнувшись, произнёс очередной набор непонятных звуков своему спутнику. Тот, кивнув в ответ с явным удовлетворением, низко поклонился и стремительно удалился, оставив нас вдвоём.

Красноволосый неспешно направился к дальнему углу шатра. Там, на столе, стояла каменная статуя, и он нажал на небольшой выступ, из-за чего в нише открылось потайное отверстие. Из него он извлек кроваво-красный камень — ровный, словно яйцо, который легко поместился в его большой ладони.

А дальше произошло то, чего я совсем не ожидала. Красноволосый запел. Его голос не звучал как звон колокольчиков и даже не напоминал приятный бас, но в этом звуке было что-то нереальное. Пытаясь вслушаться в слова, я вдруг почувствовала, что моё тело начинает парить.

Я левитировала примерно в десяти сантиметрах над полом. Когда я рефлекторно попыталась взмахнуть руками, чтобы вернуть привычное положение, поняла — я не могу пошевелиться. С ужасом пыталась дёрнуться, сбросить это наваждение, но безуспешно. Я застыла в воздухе, словно истукан. Монстр продолжал петь, а мой мозг, словно погружённый в густой кисель, медленно ускользал из сознания.

Стоит ли сопротивляться? Какой в этом смысл? Может, это запоздалый обморок или неведомая магия — какая разница? Я так устала бояться и удивляться, что решила поддаться странному состоянию и медленно погрузиться в сон.

Всплыло в памяти забавное определение о стадиях человеческого возраста.

Первая стадия — всю ночь пьёшь, гуляешь, чёрт-те чем занимаешься, и утром по тебе ничего не видно. Вторая стадия — всю ночь пьёшь, гуляешь, чёрт-те чем занимаешься, и утром по тебе всё это видно. Третья стадия — всю ночь спишь, ничем вообще не занимаешься, а утром выглядишь, как будто всю ночь пил, гулял и чёрт-те чем занимался!

И вот по возрасту я нахожусь в первой, ладно, возможно уже во второй стадии. Но почему тогда мне сегодня так плохо? Я лежала, проснувшись несколько минут назад, но всё ещё не могла найти в себе сил открыть глаза или хотя бы пошевелиться. В голове пульсировала боль, от которой хотелось свернуться клубочком и страдать. Но свернуться не получалось — каждая клеточка моего тела буквально кричала о своей боли. Такая слабость, что казалось, я вовсе не в состоянии сдвинуться с места.

Из угла комнаты донёсся голос. Речь была непонятна, но настолько чиста и уверена, что было обидно ничего не понимать. Мужчина — это было ясно по мелодичному, но мужественному голосу — замолчал, не увидев от меня никакой реакции. Спустя несколько минут он снова заговорил.

Вспышка! Сознание, которое ещё несколько минут назад отказывалось работать, вдруг обрушило на меня лавину информации. Я — в Аду, среди страшных монстров. Я всё ещё жива. А значит, мои мучения продолжаются. Нет, я не хочу! Возможно, я бы и поддалась этой нелепой попытке избежать реальности. Но настойчивый голос вновь прозвучал. Его тембр изменился, стал мягче, словно журчание лесного ручья. Неважно, сейчас мужчина явно говорил не со мной. Раздираемая жгучим любопытством, я всё же заставила себя повернуться на бок и открыть глаза.

То, что я увидела, поразило: обстановка изменилась кардинально. Я оказалась в каменной пещере, тускло освещённой мерцающими факелами. Земляной пол, небольшой матрас в самом дальнем углу, на котором я собственно и лежала – вот и всё моё окружение. Основную же часть пространства занимали огромные клетки. Две из них пустовали, а в третьей сидел тот самый странный мужчина, чья речь и вырвала меня из забытья.

Увидев моё пробуждение, он вновь заговорил. Его голос, как и в первый раз, звучал необыкновенно красиво. Интересно, что это за язык? – пронеслось у меня в голове. Кажется, ничего подобного я никогда не слышала. Вчерашние монстры тоже общались на незнакомом мне наречии. Если это Ад, то почему они могут говорить, а я нет? Странно.