Ох, девочки, если бы вы знали, сколько я наготовила полезных тортов в своей жизни! Магазинная выпечка – зло, вот что я вам скажу!

Правда, тут не оказалось шоколада.

Это трагедия.

Зато нашёлся изюм.

С гордо поднятым подбородком я посыпала верхний корж, сделала последний штрих и выдохнула.

Красота!

Только я подняла голову, чтобы полюбоваться на свой кулинарный шедевр, как заметила целую толпу в дверях.

Все братья Ильи.

Шесть человек.

Стояли, как на военном совете, и изучали меня… точнее, мой торт на столе.

Первым, конечно, выпрыгнул Сеня.

— Тётя Лида! — радостно завопил он, бросаясь ко мне. — Я позвал всех, чтобы они посмотрели, какая ты хорошая!!!

Я замерла, а он добавил:

— И совсем не ведьма! Вот ни капельки.

Я поперхнулась воздухом.

— Конечно, не ведьма, — натянуто выдавила я. — Не бойтесь, торт не зачарованный. Хотите попробовать?

Братья переглянулись.

Самые старшие сомневались, а вот младшие завизжали от восторга.

— Да, хотим! — первыми закричали близнецы.

Ага.

Значит, сорванцов можно подкупить вкусняшками.

Интересненько.

Я взяла нож и разрезала торт.

— Ну что ж, первым кусок получает мой любимый Сеня!

— Ура! — захлопал он в ладоши.

Я подала ему кусочек на тарелке, а остальные тут же протянули руки.

— И нам!

— Мне побольше!

— Я хочу середину!

Ах, чудесные дети.

Где-то в глубине души я понимала, что вот так просто меня не примут.

Но если я хочу остаться здесь хотя бы на время, нужно оставить приятное впечатление.

А для этого, иногда, достаточно просто подкупить людей хорошей едой.

Я посмотрела на восхищённые лица мальчишек.

Ну что, прогресс?

Определённо.

А теперь, пожалуй, пора придумать, что делать дальше.

* * *

Ужин проходил в необычной атмосфере.

Братья — абсолютно все до единого — уплетали мой торт так, будто неделю не ели. Тот таял на глазах, а я едва сдерживала довольную улыбку.

Зато Илья…

Он сидел напряжённый, холодный, и мрачно ковырял вилкой кусочек.

Я прищурилась.

Он что, смущён?

Ах, Илюша… Ты не любишь сладкое или не любишь признавать, что любишь?

Я отпила горячий чай, с удовольствием наблюдая, как мой шедевр привносит в эту семью некое единство.

Вот он, успех.

Когда ужин закончился, я встала первой и направилась к себе.

Но не успела я дойти до поворота в коридоре, как почувствовала спиной чей-то взгляд.

Оглянулась.

Илья догнал меня.

Шёл уверенно, но… напряжённо.

А лицо у него было таким сосредоточенным, будто он собрался открыть мне страшную тайну мироздания.

— Лидия, — начал он с хрипотцой, остановившись рядом. — Я должен вам кое-что сказать...

Я приготовилась к чему угодно.

— Я слушаю.

Он прокашлялся.

— Я благодарю вас за помощь со смотрителем, выплачивать храму штрафы было бы для нас трудно. Однако…

Я напряглась.

— Однако?

Он не поднимал глаз.

— Это не меняет отношений между нами.

Вот оно что…

— Я хотел напомнить...

Ну-ну, давай, чего ты там хотел напомнить?

— Да, я не буду подавать в суд, — продолжил он, — но я собираюсь разговаривать с вашим отцом, чтобы он искал способ… развести нас без штрафа от храма Оракула.

Ну вот!

Я даже не удивилась.

— Я знаю, что у него есть связи, - добавил он, словно оправдываясь.

Честно говоря, мне стало досадно.

Ну что в этой девице — то есть во мне — не так?

Красотка грудастая, тортами балует, умная, внимательная (сама себя не похвалишь — никто не похвалит), а парниша носом крутит!

Я видела, как он реагировал на меня как на женщину.

Значит, не равнодушен!

И что?

"Разведите меня, не хочу, не буду?"

Я медленно выдохнула.

Ладно.

Как хочет.

— Я прекрасно помню о той роли, которую тебе пообещала, — сказала я холодно, а он почему-то поджал губы. — Будем братом и сестрой...

Илья не ответил, его напряжение достигло пика, и в этот момент из холла послышался странный шум.

С каждым мгновение он всё больше нарастал, словно к нам пожаловала царица всех земель.

В холле застучали каблуки, и громкий, визгливый женский голос разрезал воздух:

— Илюша, мальчик мой! Ты почему не сказал, что женился???

Илья, который ещё секунду назад выглядел сосредоточенным и раздражённым, резко побледнел.

— О нет… — пробормотал он, сжав кулаки.

— Что? — насторожилась я.

— Тётя Федо́ра приехала!

Я встрепенулась.

— Твоя родственница? И что с ней не так?

Парень застонал.