Это было неприятно, но честно. И почему-то именно это задело сильнее всего. Вэрра начинала мне нравиться своей прямотой.

— А если не справлюсь? — тихо спросила я.

Вэрра фыркнула.

— Тогда уже все равно.

Странно, но от этих слов мне действительно стало спокойнее. Я даже кивнула, будто бы соглашаясь, но на самом деле лишь размышляя, как теперь задать более насущные вопросы столь словоохотливой гостье.

Она же, не стесняясь, прошла мимо меня на кухню, заглянула в пустые шкафы и покрытую копотью печь, как отчистить которую я пока не придумала. Нахмурилась.

— Жрать тут нечего.

— Зато есть вино и пиво, — неуверенно сказала я, поморщившись. Когда я решилась понюхать бочки, мне потребовалось несколько минут, чтобы заставить свои глаза вновь стать нормального размера и вспомнить, как дышать не ртом.

— Вот именно, — фыркнула Вэрра. — И поэтому у тебя тут одни пьянчуги и ошиваются.

Она повернулась ко мне.

— Хочешь совет? Люди готовы простить тебе почти все, если ты их хорошо накормишь.

Я медленно кивнула. Эта мысль была… знакомой.

На самом деле, о чем-то подобном я и думала с того момента, как приняла факт, что именно здесь мне теперь предстоит продолжать свою жизнь.

— У меня есть кое-какие овощи, ягоды, травы, — продолжила она. — В долг дам. Если готова заплатить задаток, договорюсь с мясником, что остаток завтра занесешь. Раз объявила, что будет по-другому — нужно выполнять, а у тебя только что мышей прокормить — зерно, мука да мед в избытке.

— Я… отдам, — быстро сказала я, покрепче охватывая древко метлы, что все еще сжимала в пальцах с момента, как Вэрра так внезапно ворвалась в мою новую жизнь. — Обязательно.

Вэрра посмотрела на меня, прищурившись, а потом рассмеялась — громко, заразительно.

— Конечно, отдашь. Ты теперь из тех, кто не ждет, что все появится само по себе. Мне это нравится, девочка. А теперь давай-ка и я помогу тебе прибраться здесь, а то еще помрешь с непривычки.

Я все еще с некоторым удивлением наблюдала за тем, как Вэрра решительно принялась помогать мне с уборкой, но быстро присоединилась, не желая выглядеть лентяйкой. То и дело бросала на новую знакомую взгляды украдкой, пытаясь выцепить из памяти прошлой Виолетты хоть что-то об этой во всех смыслах заметной женщине. Но, судя по всему, и правда все, чем она занималась предыдущие дни после внезапного развода, — пялилась в стену и лила слезы.

Это почему-то заставило меня снова начать злиться и отмывать барную стойку с двойным усердием. Ну я уж точно не стану убиваться из-за какого-то мужлана, пусть и крылатого.

К вечеру таверна хоть и не сверкала, но уже не выглядела как пристанище бродяг и пьяниц. Столы избавились от жирных пятен, лавки и стулья стояли аккуратно, а стаканы действительно были чистыми — раньше их, кажется, лишь слегка споласкивали и тут же использовали для новой порции пойла.

Я стояла около двери в кухню и потягивалась в разные стороны, пытаясь облегчить боль от непривычных к подобному труду мышц изнеженного тела бывшей аристократки. Ну ничего, мне в студенческие годы приходилось подрабатывать на самых разных работах, я и не к такому готова.

— Ну, красавица, пойдем посмотрим, какие из продуктов тебе пригодятся, а я смогу одолжить, — подмигнула мне Вэрра, что, несмотря на свой возраст и комплекцию, действительно оказалась незаменимой помощницей.

Пока мы убирались, она немного рассказала мне о месте, в котором мне посчастливилось обзавестись имуществом. Вилка была средних размеров деревней в сутках пути от столицы, которая в целом мало чем могла похвастаться.

Вэрра лихо повязала платок на голову и, дождавшись, когда я накину найденный в комнате похожий платок на плечи, решительно вышла за порог и пошла вперед, показывая дорогу.

Люди в большинстве своем были вовсе не хмурые и грязные, как я ожидала, а напротив — будто бы изо всех сил старались добавить хоть немного ярких красок в это место. Яркие заплатки на одежде детей, расшитые красивой вышивкой платки на головах женщин, широкие пояса из ярких отрезов ткани у мужчин. Я смотрела на всех с интересом, крутила головой и вовсе не боялась выглядеть глупо. В конце концов, та Виолетта тоже оказалась здесь не так давно. Мне даже стало интересно тоже научиться носить платок на манер местных.

— Смотри, куда топаешь, тетенька! — визгливый голос девчушки лет десяти сбил меня с толку. Девчонка вылетела из подворотни и резко затормозила, уткнувшись мне в пояс. Щербатая улыбка, грязные колени, ободранные костяшки.

Я смотрела на нее слегка растерянно и уже собиралась отступить в сторону, давая малявке продолжить свой забег, когда грозный голос Вэрры заставил девочку вздрогнуть и втянуть голову в плечи.

— А ну стой, Милка! Верни!

— Я ничего… — начала она, но Вэрра уже шагнула ближе, цыкнув.

— Или сейчас — или вечером твоя мать узнает, чем ты занимаешься.