Он кивнул на стол рядом с собой. На нем лежал нож – длинный, острый, отполированный до блеска.
– Давай, Саид. Покажи дочери, что бывает с теми, кто мешает папе.
Саша шагнула вперед, встала между мной и столом.
– Подожди, – сказала она. – Сначала я хочу кое-что сказать.
Шамилов поднял бровь.
– Предсмертное слово? Как трогательно. Говори.
Саша повернулась ко мне. В ее глазах не было страха. Была только печаль и что-то еще… понимание.
– Саид, – сказала она тихо. – Я знаю, почему ты это делаешь. И я не виню тебя.
Мне стало трудно дышать. Она говорила так, словно действительно собиралась умереть. Словно поверила в мою готовность ее убить.
– Амина важнее, – продолжила она. – Дети всегда важнее. И если моя смерть спасет ее…
– Заткнись, – хрипло сказал я. – Просто заткнись.
Но она не заткнулась.
– Я хочу, чтобы ты знал – я не жалею ни о чем. Ни о том, что вышла за тебя замуж. Ни о том, что родила тебе детей. Ни даже о том, что полюбила тебя, несмотря на все твои грехи.
Ебать. Она разрывала мне сердце каждым словом. А я должен был стоять и слушать, играя роль безжалостного убийцы.
– Хватит, – сказал Шамилов, явно наслаждаясь моими мучениями. – Довольно слез. Время действовать.
Он кивнул на нож.
– Бери инструмент, Саид. И делай то, ради чего пришел.
Я подошел к столу, взял нож. Металл был холодным, тяжелым. В лезвии отражался свет лампы, мое лицо, искаженное напряжением.
– Амина, – сказал Шамилов, обращаясь к клетке. – Смотри внимательно. Твой папа сейчас покажет тебе, кто он на самом деле.
– Нет, – прошептала моя дочь. – Папа, не надо. Не трогай маму.
Я сжал рукоять ножа так, что побелели костяшки. Весь план висел на волоске. Один неверный шаг – и Амина умрет. Саша умрет. И я останусь один с грузом вины, который раздавит меня.
– Давай же, – подбадривал Шамилов. – Или ты струсил? Может, все-таки любишь свою жену больше, чем дочь?
Я поднял нож. Саша закрыла глаза, готовясь к удару. И в этот момент мир замедлился. Каждая секунда растянулась в вечность.
Знаете, есть моменты, когда время останавливается. Когда вся твоя жизнь сжимается до одного движения, одного выбора, одного мгновения, которое определит все остальное. Я стоял с ножом в руке, и передо мной были два пути – убить невинную или рискнуть всем ради правды.
Я выбрал правду.
Рука метнулась вперед, но не к Саше. Нож полетел через склад, вращаясь в воздухе, и вонзился в грудь Шамилова точно между ребер.
Он дернулся, глаза расширились от удивления. Посмотрел на рукоять ножа, торчащую из груди, потом на меня.
– Ты… – прохрипел он. – Ты никогда не собирался…
– Убивать свою жену? – я уже бежал к нему, доставая пистолет. – Нет, ублюдок. Не собирался.
Снайперы в окнах открыли огонь, но я ожидал этого. Перекатился за укрытие, уже стреляя на ходу. Саша кричала где-то сзади, Амина плакала в клетке.
Один снайпер упал, прошитый пулей в голову. Второй пытался перезарядиться, но получил пулю в грудь. Третий вообще сбежал, как только понял, что дело дрянь.
Шамилов все еще дышал, когда я подошел к нему. Кровь пузырилась у него изо рта, глаза мутнели.
– Думал, что знаешь меня? – спросил я, наклоняясь к нему. – Думал, что я способен убить невинную женщину ради дочери?
– Ты… убил… Лейлу, – прохрипел он.
– По твоей лжи. Но больше ты никого не обманешь.
Я поднял пистолет, приставил к его виску.
– Это за Лейлу. За моего нерожденного сына. За годы вины, которые ты на меня повесил.
Выстрел прогремел в тишине склада. Шамилов дернулся и замер навсегда. Игра закончена.
Я бросился к клетке, выстрелил в замок. Металл разлетелся, дверца распахнулась.
– Папа! – Амина кинулась ко мне, обняла за шею. – Я думала, ты убьешь маму!
– Никогда, принцесса, – прошептал я, прижимая дочь к себе. – Папа никогда не причинит вреда маме.
Саша подошла к нам медленно, все еще не веря происходящему.
– Ты… ты не собирался меня убивать? – спросила она.
– Ни секунды, – ответил я, глядя ей в глаза. – Но мне нужно было, чтобы ты поверила. Чтобы твои эмоции были настоящими. Иначе Шамилов бы не поверил.
Она смотрела на меня долго, и я видел, как в ее глазах борются облегчение, злость и что-то еще.
– Значит, все это время… – начала она.