Мальчик рассказал не так много: всё-таки возраст, да и засыпал уже. Но мне хватило и этого, чтобы понять: ребёнок заметил на морде у лошади одного из торговцев потёртости, характерные для верёвки. Именно не следы от уздечки, ведь на животном она была. Я подобные встречала у лошадей, катающих туристов по городу. Но в родном городе оно и было понятно: в мешочек насыпали корм, а затем привязывали его к морде, дополнительно фиксируя через ближайший ремень, чтобы животные меньше мусорили, да и возни с яслями не возникало. В этих краях подобная мера была не нужна: если что лошадь и подберёт по дороге, так кормить потом меньше. А вот заткнуть морду, чтобы не издавала никаких звуков… Уже на определённые мысли наводило. Естественно, вместо сна я отправилась разыскивать мужа. Хорошо, что дальше кухни не ушёл, примостившись за одним столом с Даргнаром и Боргесом.

— Эмилия? Что-то опять случилось?

— Случилось. Я тут к себе шла…

Оба хайтра удивлённо вытаращили глаза на прикрывшего глаза герцога. Муж вздохнул, а затем махнул рукой, приглашая меня сесть рядом с собой:

— Рассказывай уже.

— Сегодня, пока мы были в лесу, привозили провизию. Сандр, сын Лонтара обратил внимание, что у одной из лошадей на морде шерсть притёрта, как от верёвки. Ну я и подумала, что ей морду завязывали, чтобы не ржала случайно. Если учесть то, что мы сегодня выяснили насчёт снежных волков, то…

Адам забарабанил пальцами по столешнице:

— Ты решила, что хозяин лошади связан с контрабандистами? Ведь зачем простому торговцу на лошади ездить в лес, когда местные всегда пешком ходят и даже салазки берут редко, да и то, под хворост?

— Именно. А честному человеку затыкать морду лошади просто так смысла нет.

— А как выглядел владелец лошади, мальчишка, случайно, не запомнил?

— Сказал, что родинка на щеке была. Круглая.

Боргес тут же оживился:

— Так это Прант. У него ещё старенькая вороная лошадка-доходяга.

— Нет, эта была гнедая. Поэтому Сандр и заметил следы потёртостей. На вороной не так было бы видно. На твоём Броне, Адам, даже шрамы не особо видны, особенно издалека. Но они есть, ты сам рассказывал и показывал.

Своего монструозного коня муж любил не меньше Лорна и Роя и очень гордился его преданностью и выносливостью. Таких отношений, как с псами у меня с Броном не сложилось, но он благосклонно позволял кормить себя яблоками и морковкой, не приложив предварительно в лоб подкованным копытом.

Вся троица тут же посерьёзнела. На этот раз первым заговорил Даргнар:

— Но если Прант связан с контрабандистами, а прежняя лошадь, к примеру, издохла, зачем так рисковать и лезть в крепость?

Я пожала плечами:

— Замену быстро не нашёл подходящую. А тут такая возможность узнать в крепости герцог или нет. Его Светлость же у нас своего рода легенда: чует, когда начинается тревожное «шевеление». Не одного ведь контрабандиста на тот свет отправил. Когда он в рейд уходит, наверняка опытные на дно залегают.

Адам усмехнулся:

— Тоже верно. Бессмертных не бывает. Все жить хотят. А я в этих краях вырос, потому сразу понимаю, когда что-то не так в районе границы. Да и разведчики мои не дремлют. Почти всех контрабандистов перебили, осталось несколько ушлых, на шеях которых давно хочу опробовать остроту своего меча.

Я начала поочерёдно загибать пальцы на руке:

— Наверняка Прант с сообщниками в очередной раз хочет под прикрытием волков протащить товар через границу. В крепость он приезжает не в первый раз, более-менее понять, кого из старших командиров отрядов сейчас нет — не проблема. Наверняка услышал, что на меня напал волк и живём мы с мужем достаточно дружно, значит, велика вероятность, что ещё некоторое время герцог проведёт рядом с женой. А то и вовсе отвлечётся на истребление волков. Осмелюсь предположить, что и отряды рассредоточились в дозоре плюс-минус в определённых квадратах или секторах, не знаю, как вы тут определяете дислокацию.

— Даргнар, Боргес, срочный сбор! Через час выезжаем. У этих… — Адам смачно выругался. — … и так приличная фора. Помните, что сказал насчёт снежных волков и свистулек. Ваша задача донести до остальных. Крепость закрыть, никого не впускать и не выпускать. Пару разведчиков отправить следить за Прантом. Связь держут пусть через горляков.

В итоге в крепости осталось лишь два отряда для обеспечения безопасности. Даже из голубятни забрали большую часть горляков — это такие местные почтовые «голуби». Разве что размером с кречета. Прошёл один день, второй, потом минул третий… А вестей от Адама всё не было. К концу пятого я добралась до плотника, когда у кузнеца начал дёргаться уже второй глаз из-за «мясорубки». И только на шестой раздался условный свист с одной из дозорных башен.