Я поправила очки и присмотрелась, но ничего такого особенного не увидела. «Герцог» был высоким мужчиной весьма плотного телосложения, пропорционально сложен. Не думаю, что ошибусь, если предположу, что вся его «мощь» — следствие серьёзных тренировок, например, с оружием, а не результат гедонистического образа жизни. Из-под нахмуренных густых бровей в ожидании ответа на меня смотрели тёмно-серые, практически чёрные глаза. Нос у «герцога» был прямой, не тонкий, но и не крупный. Из-за высоких скул на щеках весьма заметно выделялись небольшие ямочки. Мужчина носил усы и густую, аккуратно подстриженную бороду, обрамляющую лицо от виска до виска. С левой стороны лба виднелись два небольших почти параллельных шрама. «Герцог» являлся обладателем густой шевелюры цвета ореха. Волосы средней длины немного вились и были немного взъерошены. Но в целом причёска смотрелась даже стильно. Кожа, правда была обветрена, и судя по светлым морщинкам на лбу, между бровями и в уголках глаз, резко контрастирующим со смуглой кожей, мой потенциальный муж много времени проводил на свежем воздухе. Ничего ужасного во внешности, как ни пыталась, так и не обнаружила. Весь облик можно было охарактеризовать одним простым словом «мужик». Грубоватый, а, возможно, просто желающий таким казаться. Ещё сильно просился эпитет «воин».

Я пожала плечами:

— Мне нечего сказать. Внешность как внешность.

«Герцог» яростно сверкнул глазами и ткнул пальцем себе в щёку:

— Ты издеваешься, женщина?!

— Следы от перенесённой оспы. И?

Мужчина вскочил на ноги:

— Я — урод! Монстр! Чудовище! Кто за меня согласится выйти замуж?!

И тут я капитально «подвисла». Да, оспины немного портили, но я бы не сказала, что прямо ужас-ужас. К тому же ко всему можно привыкнуть, а некоторые вещи и вовсе перестаёшь замечать со временем.

— А почему нет?

— Нет, ты точно ненормальная…

Я подняла очки на макушку и устало протёрла лицо ладонями:

— Всё равно не понимаю. Объясните, пожалуйста!

— Я — третий сын покойного короля. И родился уродом, которого в юности болезнь изуродовала ещё больше. Это приговор. При королевском дворе ценится красота и изящество. Такому, как я, найти жену невозможно. К тому же есть дама, на которой я намерен жениться, как только мой брат выполнит своё обещание в обмен на оказанную ему услугу.

Так. Хоть что-то начало проясняться. Грубо говоря, если при дворе в моде «метросексуалы» и «прилизанные хипстеры» данной эпохи, то «герцог» точно выбивается из общего строя. Но я решила разобраться до конца в ситуации.

— Но вы же всё-таки принадлежите к правящему роду. Неужели статус ничего не значит? Разве выбранная вами девушка не готова смириться хотя бы из-за него с тем, что вы, кхм, не похожи на других придворных?

— В том-то и дело, что нет. Она истинная красавица и желает видеть рядом с собой соответствующего ей супруга.

На какой-то момент в его глазах промелькнула такая боль, что мне даже стало его жаль. Так, стоп, Мила! Верни очки на макушку, ещё и не то привидится. А так всегда можно сослаться на слабое зрение.

— Но я всё равно не понимаю связи…

— В нашем мире магии осталось не так много, но она всё-таки есть. С её помощью можно не только повлиять на внешность, но и сделать так, что потомки унаследуют именно черты новой, а не старой. Стоит это очень дорого, но так как все маги подчиняются действующему королю, то без его разрешения ни одни деньги не спасут. Мой брат готов его дать магу, но взамен от меня требуется услуга, оказать которую смогу лишь женившись.

Кажется, я «попала»…

Что же у них тут за отношения такие, если брат брату условия ставит? Да и эта «повёрнутость» на красоте тоже настораживает.

— В Вашем мире существуют разводы?

— Только в самом крайнем случае. И причина должна быть весьма серьёзной.

— Тогда какой смысл жениться на мне, если хотите потом посвататься к другой? Или планируете как-то меня устранить ради своей цели?

«Герцог» прикрыл глаза ладонью, а затем посмотрел на меня, как на дите неразумное:

— Никто убивать тебя не собирается. Можешь не беспокоиться.

Угу, утешил. В монастырь какой-нибудь сошлёт что ли? Моя надежда отвертеться от предстоящего брака таяла с каждой минутой. Ещё из-за лежания на рюкзаке, а не на ровной поверхности, и нагрузки в виде подъёма по лестнице всё болело так, что выть хотелось. Но приходилось держаться. Единственное, что пока спасало — это изменение положения тела.

Я решила использовать свой главный козырь:

— Ну Вы посмотрите, какая из меня жена? Вы же видели, как я передвигаюсь…

— Угу. Как кузнечик. Будто тебе обе ноги сломали, — мрачно подтвердил «герцог».

— Так оно и есть. Со мной произошёл несчастный случай, в результате которого наши местные лекари собирали моё тело по частям. Я хожу-то с трудом, про исполнение супружеского долга даже речи быть не может. Просто развалюсь на части. И ребёнка не рожу. Я… физически на это неспособна.

— Да куда уж тебе, убогой… С самого рождения мне не везёт, и тут судьба посмеялась… — пробурчал в ответ «герцог», но я прекрасно всё расслышала. — Никто ребёнка от тебя требовать не будет. У нас есть понятие «пробный брак»: когда брачное соглашение заключается на этот срок, чтобы супруги могли проверить, смогут ли жить в браке или договориться об условиях сосуществования в браке. Именно для такого ты и нужна. По истечению срока брак расторгается по обоюдному согласию у законника или в одностороннем через суд.

А вот эта информация меня воодушевила, и я решила за неё уцепиться.

— Тем более, зачем вам я? Выберите какую-нибудь другую девушку, заплатите ей, и проблема решена.

«Герцог» поморщился: