Голос Арена крикнул в темноте уже с другой стороны экипажа:

— Рубим! Р-раз, два!

Ялла и Эйл, как по команде, вскинули головы и посмотрели друг на друга.

Рубим? Что рубим?

Это походило на дурной сон. Вновь распахнулись дверцы кареты — теперь все четыре. Послышался грохот топоров и треск дерева. Ялла не успела моргнуть, как все дверцы разом слетели с петель. С одной стороны ими закрылись гвардейцы, защищая вход в экипаж, а с другой выход оказался свободным.

— Ваше величество! Принцесса! Вылезайте, живо!

Ялла даже не думала медлить. Поддернула юбки и змейкой юркнула вниз. Эйл через миг оказался возле нее. Пара гвардейцев прикрыла их сомкнутыми дверцами, как щитами.

В одну из них со свистом вонзилась стрела.

Вокруг кипело побоище. Испуганно ржали лошади, какие со всадниками, а какие уже без; сигадорцы с копьями, двузубцами и кривыми клинками рубились с солдатами из личной гвардии Яллы; на стороне последних сражались еще и незнакомые ей даргедийцы.

Их привел Арен?

Но как он здесь… ах да. Глупый вопрос.

Она оглянулась, пытаясь угадать, кто побеждает. К ним бежал даргедиец; в него вонзился короткий метательный нож. Раненый закричал, схватившись за плечо, однако враг торжествовал недолго: на метнувшего кинжал сигадорца обрушились копыта коня одного из гвардейцев. Сбив убийцу с ног, всадник добил его копьем. Но не успела Ялла выдохнуть, как в воздухе просвистело что-то длинное, гибкое — и выдернуло гвардейца из седла. Тот с воплем упал куда-то за корпус кареты, но Ялла не успела рассмотреть, что стало с беднягой: обзор закрыла вторая пара гвардейцев, подоспевшая с дверцами-щитами.

Арен крикнул:

— По моей команде — все вместе бежим вон к тому пригорку!

— А что там? — очень вовремя полюбопытствовал Эйл.

Но сейчас было не до пререканий. По сигналу вся компания стремглав помчалась к указанному месту: Ялла между братом и Ареном в первом ряду, четверо гвардейцев со «щитами» — за ними.

Кто-то из последних вскрикнул и упал. Дверцы-щиты стукнулись краями, закрывая брешь.

— Берр, готовь лошадей! — гаркнул Арен и сделал молниеносный выпад в сторону, рубанув кого-то невидимого, чудом умудрившись не споткнуться на бегу.

Они уже почти подбежали к пригорку, за которым простирался лес. Если верить Арену — а Ялла ему верила — там их ждало спасение.

Она увидела мелькнувший за кустом конский хвост и воспылала надеждой, как вдруг над головой вновь послышался тот самый мерзкий свист.

А Арен исчез.

Позади раздалось ругательство. Ялла на бегу оглянулась: упавший Арен пытался одновременно встать и сдернуть что-то обвившееся вокруг колена.

Она запнулась. На нее мгновенно налетел бегущий позади гвардеец, сбив с ног. Оба прокатились по земле, гвардеец сдавленно зашипел. Но Ялле некогда было извиняться: она выбралась, оставив под ним обрывок платья, и кинулась обратно — на помощь Арену.

Не тут-то было.

Тот сел, но тут же с воплем опрокинулся на спину и волоком заскользил по камням. Только теперь Ялла разглядела, что его тащил за ногу, как на аркане, верховой сигадорец. Арена изрядно протянули по камням обратно к дороге, пока он наконец не сумел извернуться и перерубить обхвативший колено кнут мечом.

Ялла, не поспевавшая за ним, задыхалась. Сигадорец, потеряв добычу, пошатнулся в седле, но сгубило его не это, а чье-то копье.

Так тебе и надо, кровожадная тварь.

Она уже подбегала к успевшему приподняться Арену, когда наперерез метнулась черная тень и с победным возгласом замахнулась на него двузубцем.

— Не-е-ет!

Арен услышал визг Яллы, заметил опасность, крутанулся на земле. Но двузубец, нацеленный в грудь, все-таки вонзился в него — только в ногу.

Короткий вопль боли разорвал ей душу. Ялла не раздумывая схватила первое, что попалось под руку, и со всей мощью, которую придали ей страх и ненависть, обрушила это на затылок убийцы.

Этим чем-то оказалось сучковатое бревно.

Хруста она не услышала, но сигадорец свалился замертво, не издав ни звука. Зато Арен, на которого рухнул мертвец, разразился проклятиями.

Ялла — откуда только силы взялись! — сдернула с него тушу мертвого сигадорца. При этом задела застрявший в ноге двузубец, заставив Арена болезненно застонать.

— Ваше высочество! — послышался голос бегущего за ней гвардейца.

— Ялла! Скорее, пора уезжать! — А это уже Эйл.

— Ялла, уходи! — сквозь зубы прохрипел Арен. — Возвращайся к лошадям, быстро!

Но она оцепенела, с ужасом глядя на двузубец, насквозь прошедший под коленом Арена и пригвоздивший того к земле.

— Ялла! — кричал Эйл.

Она обернулась: гвардеец, сбивший ее с ног, теперь был позади и снова прикрыл ее спину «щитом», а двое других бежали рядом с Эйлом, защищая с того боков.