До известия о захвате столицы все, не сговариваясь, вели себя так, будто оборона до последнего была единственным и не подлежащим сомнению исходом. О других вариантах никто и заикаться не смел. Теперь все присутствующие уставились на капитана, тоже ожидая ответа.

– Выбора ведь все равно нет, – вздохнул он. – Майрона, скорее всего, уже казнили…

– Я не об этом, – отмахнулась Джелайна. – Власть есть власть. По большому счету, людей не особо волнует, кому им дальше придется служить или платить налоги – принцу или королю, был бы мир и спокойствие. Что будет с тобой?

До сих пор супруги старательно избегали этой темы, будто весь мир за пределами их уютной спальни забыл о существовании опального капитана Олквина. У Майрона еще можно было попытаться добиться прощения, но Альберонт – куда более сильная угроза.

– Надо закопать где-нибудь эту голову, – спохватился Танбик. – Если ее найдут, то весь Сентин с землей сровняют.

– Нужно бежать, – снова завела Джелайна.

– Куда?! – воскликнул Бенвор. – Прятаться негде. И я не могу бросить людей на произвол судьбы.

– Ничего с ними не станется, – неожиданно возразил Микас. – Иначе кто будет платить оброк новым господам? Поезжайте в Жомеросуин. Когда каратели подойдут, мы скажем, что лорд умер от чумы, а в городе до сих пор то и дело появляются заболевшие. Платусс прав, наемники побоятся шарить по домам. Земли отпишут новому владетелю и пойдут дальше.

– А раз повального мора нет, то и жечь не будут, – поддержал Танбик. – Бегите, милорд. Иначе Альберонт вас на кусочки порежет. Мы справимся, не волнуйтесь. Девок и баб молодых с детишками в лесу попрячем, в землянках, а грабить тут, кроме скотины, особо и нечего.

– Жертвы будут в любом случае, – покачала головой Джелайна. – Но если мы уйдем, пострадает гораздо меньше людей.

– А главное – буду жив я, да? – буркнул Бенвор, понимая, что сдается.

– Да, – согласилась она. – Для меня только это – главное. Ты же сам прекрасно понимаешь, что вариантов нет. К чему это упрямство? Твою преданность долгу никто не оценит. Чем мучиться угрызениями совести – лучше обвиняй меня. Это я так хочу! Ты же обещал выполнять любые мои желания? Так вот – я хочу, чтобы мы убрались отсюда как можно дальше, и побыстрее.

– Так что, велеть запрягать? – мигом сориентировался Платусс.

Олквин кивнул и позвал:

– Даина! Пошли кого-нибудь за Киараной.

Киарана была матерью самого старшего из бастардов Бенвора. Экономка понимающе кивнула, но, помявшись, заметила:

– Милорд, так ведь… у Киараны-то еще двое маленьких.

Бенвор на секунду прикрыл глаза.

– Ладно, пусть и их забирает.

* * *

Повозка, снаряженная для отъезда, была почти уложена, как вдруг от дозорных в лесу появился условный сигнал: кто-то приближается к Сентину.

– Всадники, – вглядываясь вдаль, сообщил с башни часовой. – Шестеро. – И после долгой паузы с облегчением добавил: – Наши, не бангийцы.

– Радоваться нечему, – нахмурился Бенвор. – Наши теперь тоже служат королю.

Когда солдаты подъехали, Олквин по голосу узнал их главного. Эрнан Клампис тоже был капитаном хорверской армии, и его земли находились к северо-востоку отсюда. Подъехав, он властно потребовал открыть ворота. В ответ со стен наставили натянутые луки и велели убираться прочь. С Эрнана мигом слетела вся спесь. Он поклялся, что не присягал Альберонту, и вежливо попросился внутрь, под защиту стен.

Джелайна выглядела очень обеспокоенной, да и у Бенвора было тягостное предчувствие, но он все же разрешил впустить отряд соседа в город. Когда Клампис увидел его, то замер и вытаращился.

– Ты живой?! – изумленно воскликнул он.

– Как видишь, – хмуро ответил Олквин и пригласил их всех в дом. Отъезд явно откладывался.

Рассевшись за столом, уставшие солдаты жадно набросились на принесенную Даиной еду. Бенвор сел возле Кламписа, дожидаясь объяснений. Джелайна встала у него за спиной, и ее тепло немного успокаивало, но капитан все равно не мог отделаться от ощущения, что уже произошло непоправимое. И сейчас ударит.

Наконец, Эрнан отвалился на спинку стула, равнодушным взглядом окинул Джелайну и произнес:

– Мы хотели где-нибудь отсидеться, но я понятия не имел, что ты тоже здесь. Уж прости.

– Что с твоими землями? – подозрительно спросил Олквин.

– Они уже не мои. Я, знаешь ли, тоже пытался отваживать незваных гостей, но в этот раз их оказалось слишком много. Пришлось бросать все, бежать и искать укрытия.

Картина произошедшего нарисовалась в голове Бенвора в одно мгновение. И перспектива тоже.