– Как, уже?! – с отчаянием воскликнула она, но странно – от одного вида ее искреннего огорчения в душе Бенвора разлилось удивительное умиротворяющее тепло.

– Служба… – пожал он плечами, комкая письмо.

Женщина заметила пакет с гербовой печатью.

– Война? – тревожно спросила она.

– Еще не знаю, – ответил Олквин. – Но вызывают срочно. Я напишу вам сразу, как прибуду.

Джелайна долго смотрела на него, словно пытаясь запомнить каждую черточку.

– Храни вас Бог, – вымолвила она. – Я не умею молиться, но попытаюсь.

– Тогда лучше пожелайте мне удачи, – криво усмехнулся Бенвор. – Ведь если меня убьют, кто же станет о вас заботиться?

Джелайна порывисто вздохнула, шагнула вперед и прильнула к Олквину, спрятав лицо у него на груди. Бенвор обнял ее, снова ощущая, как растекается по жилам то самое забытое ощущение уюта. Если в прошлый раз он уезжал из Сентина с неохотой, то теперь у него вообще не было сил тронуться с этого места.

– Вы будете ждать меня? – шепнул он.

Джелайна быстро закивала, не поднимая лица. Олквин счастливо улыбнулся, прижавшись щекой к ее теплой макушке.

– Это так хорошо, когда дома ждут.

Опасения Бенвора не подтвердились. Разведчики доложили лишь об одной галере с тридцатью наемными солдатами, прибывшими для пополнения королевской стражи. Правда, это было далеко не первое пополнение, и многие считали, что Альберонт хочет незаметно собрать значительное войско и попытаться отхватить кусок приграничных земель на востоке.

Несколько недель Олквин разрывался между столицей и фортами феода Йонриха. Потом все снова успокоилось. Пару раз хорверские солдаты ввязывались в мелкие стычки, но в остальном все оставалось подозрительно тихо. Даже шпионов появлялось очень мало, или же они стали ловчее и осторожней. Анклау замер, словно выжидая.

К весне принц Майрон в очередной раз попытался наладить отношения с королем Ленгосоу. В Жомеросуин отправилась дипломатическая миссия. Бенвор с удивлением узнал о том, что посольство возглавил его брат Ланайон. Молодой барон Олквин сам вызвался вести переговоры и справился с этим блестяще. Договор не затронул вопрос о совместном ведении военных действий, но зато ослабил торговую блокаду. Через приграничные заставы опасливо пошли единичные купеческие обозы с побережья – первые за десять лет.

Бенвору все это время пришлось провести на восточной границе, а потом надолго задержаться в столице. Особых дел у него здесь не было, но ситуация могла измениться в любой момент, и капитану приходилось все время быть под рукой у командования. Оставаться ночевать в казарме было ни к чему, и Бенвор вечерами уезжал в Олквинау – при необходимости его могли вызвать и оттуда. Вернувшийся из Жомеросуина Ланайон теперь постоянно обитал при дворе. Веанрис благополучно родила дочь, нашла ей кормилицу и вскоре отбыла к мужу. Замок почти опустел, лишь на хозяйской половине няньки в детской возились с малышами. В прежние времена Бенвор был бы только рад такому стечению обстоятельств, позволяющему спокойно заняться освоением дальних полок библиотеки. Но теперь он не находил себе места. Долгожданная тишина не радовала, а добавляла уныния. Взявшись за любую научную книгу, Бенвор неизменно натыкался на какие-нибудь детали, однозначно указывающие на несоответствие с толкованием той же самой темы Джелайной. В монастыре подобным сомнениям не оставалось места, там заставляли принимать на веру и заучивать. Но теперь юноше было недостаточно постулатов, ему требовались логичные объяснения с самых основ. Сначала Бенвор честно пытался разбираться во всем самостоятельно, но ему все время как будто чего-то не хватало. И капитан быстро понял: не хватает знакомого уверенного голоса… точнее, его хозяйки.

Гонцы регулярно развозили почту в приграничные форты. Олквин за это время два раза отправлял Джелайне короткие письма. От нее он ничего не получил, ведь ни один гонец, сделавший неудобный крюк и завернувший в Сентин, не стал бы ждать, пока она напишет ответ. А приготовить письмо заранее Джелайна, видимо, не догадалась. Похоже, она не рассчитывала, что Бенвор будет ждать ответа на первое письмо, и тем более – что напишет повторно.