– Ну что, рейдеры, очухались? Запоминайте порядок возврата. Сейчас на очереди перекачка мнемоников.

Я могла бы долго рассказывать о своих приключениях в иных мирах. За шестнадцать лет фактического отсчета мне довелось побывать в таких переделках, додуматься до которых смог бы не каждый фантазер, обсмотревшийся приключенческих фильмов. Но я не помню подробностей, они всегда уходили из моей памяти при перезаписи чипа. Лишь иногда всплывают смутные обрывки, события, ассоциации – то, что сохранилось в нервных связях.

У мнемоника есть замечательное свойство – «пробуждение». Опытные рейдеры в постоянных командировках накатывают по фактическому отсчету десятки, а то и сотни лет. Резонный вопрос: какую же психику нужно иметь, чтобы пропустить через себя столько стрессов – ведь командировка в дальнюю утопию ничем иным и не является – и потом спокойно жить и работать дальше? После возвращения и перекачки информации подробности постепенно изглаживаются из памяти. В точности как человек, просыпаясь после яркого сна или кошмара (это уж как повезет с утопией), забывает детали, в лучшем случае помня лишь общую тенденцию или обрывки и мелочи.

По желанию нам сохраняют на память «узелки» – приятные приключения, интересные знакомства, а то и романы – в командировках всякое случается, и всегда есть что рассказать друзьям. Само собой, узелки ощущаются иначе, чем воспоминания реального мира. Не хватало еще перепутать и похвастаться за рюмкой тем, что ты, например, участвовал в сафари юрского периода во время отпуска – коллеги, конечно, поймут и оценят, а вот люди непосвященные…

Сразу после возвращения рейдеры помнят все до мелочей, и им самим решать, что стоит оставить на память. Порой вмешиваются психологи из аналитической команды, рекомендуя к обязательному пробуждению те или иные эпизоды. Не все воспоминания доставляют удовольствие, особенно в первых рейдах, когда новичок еще не научился договариваться с совестью. Еще в самом начале я дала себе зарок пробуждать все записи мнемоника, содержащие так называемые «оперативные моменты», и никогда не жалела об этом. Только первые успехи и неудачи обычно оставляют нетронутыми. Опыт все равно нарастает, это происходит на подкорке. Мы можем не помнить деталей, но в критической ситуации подсознание само подсказывает рейдеру лучший вариант действий, основываясь на собственных наработках.

Тренировочный рейд нам всем «завязали» накрепко. Целую неделю после возвращения из палеолита я каждую ночь стреляла в головы мохнатым исполинам и обрушивала гигантские лавины. Во сне обвалы засыпали и обезьян, и ребят, и Билла. Из-под камней виднелись руки и ноги, слышались зовущие на помощь голоса… Я просыпалась в холодном поту, а наутро отправлялась к нашим психологам. И там мне каждый раз терпеливо объясняли: с нервами все в порядке, просто мучает совесть, это нормально. Нужно пережить, и дальше будет легче. Тогда я пошла к Биллу.

Амброс показал мне файл с пометкой «стажеры», и я, проглядев его по диагонали, выхватила взглядом: «превосходная адаптация группы… слаженная работа команды… нестандартный подход к принятию решений…» О расправах с палеопитеками не было ни слова. Лишь множество специальных условных обозначений – я только начала их изучать. Странный отчет – никаких фактов, общие, обтекаемые фразы.

– Что за бред! Это про нас?!

– Про вас, – кивнул он.

– И для кого ты пишешь эту ерунду? Это мы-то – слаженная команда?! На охоте бежали кто куда, стреляли как попало. Да мы даже в мяч ни разу толком не смогли сыграть…

– Джа, посмотри на дату, – перебил меня Амброс.

Я взглянула в конец файла и опешила.

– Шестнадцатое ноября? Сегодня только одиннадцатое! А мы были…

– Все правильно, – терпеливо согласился Билл. – Через пять дней ваша команда отправляется в пробный практический рейд. Никакого Древнего мира. Утопия будет почти современной. Никаких тренировок. Как все рейдеры перед забросом, разомнетесь, разогреетесь, чуть передохнете и ляжете в капсулы. Два часа на выполнение задания. Полная свобода действий. Любые средства достижения цели, без ограничений. А потом, – Билл указал на файл, – я должен прочитать то же самое в аналитическом отчете по сводкам мнемоников. Тебе ясно?

– Мне?!

– Ты – лидер группы и отвечаешь за результат. Вообще-то мне не следовало показывать тебе свой прогноз. А может, и правильно. Теперь у вас есть планка для рывка.

– А какое будет задание?

– Узнаете перед самым забросом.

– Нормально… – Я окончательно растерялась.