Олквин решил, что ему не хочется этого представлять.
– Он может прийти в любой день, – беспокойно пробормотал он. – А я буду в казарме и даже не узнаю. И помочь вам ничем не смогу.
– А зачем мне помогать? – удивленно улыбнулась женщина. – Господи, вы так волнуетесь, будто Чарли собирается причинить мне вред. С чего вы это взяли?
До юноши в очередной раз дошло, что они с Джелайной совсем по-разному относятся к визиту Уокера. Она ведь только его и ждала все восемь месяцев. В самом деле – он же не убивать ее придет. Просто уведет за собой в далекий удивительный мир параллельного будущего, мир их настоящей жизни. И заберет у Бенвора дорогую сердцу тайну…
– Я, наверное, последний эгоист, – промолвил капитан. – Но я не хочу, чтобы вы уходили. Моя жизнь так изменилась с вашим появлением. Вы щедро делитесь со мной тем, о чем раньше я не мог даже и помыслить. Кто станет учить меня, если вы исчезнете? Кому еще я смогу задавать любые вопросы и всегда получать на них ответы? Для вас это обычное дело, вроде прежней работы, но у меня опять появилась цель, достичь которой я уже и не надеялся. Теперь мне придется забыть о ней навсегда.
Джелайна уже не улыбалась. Недавняя взвинченность прошла, женщина выглядела опечаленной.
– А я-то размечтался, – упавшим голосом продолжил Олквин. – Уже представлял себе наши занятия. Целыми днями только об этом и думал. Как это было бы замечательно: с нетерпением ожидать каждого вечера, спешить сюда, зная, что вы встретите меня…
– Не надо так расстраиваться, – тихо сказала Джелайна. – Помните тот день, когда меня забросило сюда? Я была уверена, что вот-вот исчезну, а вы спросили, приду ли я снова, помните?
Бенвор кивнул. Огорчение стало понемногу отпускать его, уступая место слабой надежде.
– Вы ведь сможете, правда? – спросил он.
Женщина пожала плечами.
– Я не могу ничего обещать. Это ветераны имеют право выбирать утопию на свое усмотрение. Если я попала сюда из-за ошибки ввода данных, нужно проверить категорию вашего мира по каталогу. Если утопия окажется в разработке, меня к вам больше не пустят. А если это наблюдательный или тренировочный мир – постараюсь вернуться, когда накатаю отсчета на новый отпуск.
– Значит, мне придется долго ждать, – заключил юноша.
– Почему? Это для меня в реале могут проходить месяцы и годы, а для вас я могу исчезнуть всего на пару секунд. Окажись сейчас мой драйвер исправным, вы бы даже не успели заметить мое отсутствие. Только отвернулись – а мне уже лет сорок. Я, конечно, утрирую, но как вам такой финт?
– Мне трудно это представить, – рассмеялся Олквин, но тут же сник. – И еще труднее – поверить, что к тому времени вы не забудете меня и готовы потратить заработанный отпуск на занятия с каким-то средневековым солдатом. Вам почти удалось утешить меня, леди, но я уже не ребенок, чтобы верить в чудеса безоговорочно.
Джелайна опустила голову и задумчиво усмехнулась.
– Давайте не будем загадывать наперед. Я пока все еще здесь. Считайте, что вы уговорили меня потерпеть с поездкой до завтра. А сегодня я на весь вечер в вашем распоряжении.
Бенвору снова снился запутанный сон. После вечернего занятия отвыкший от интенсивной нагрузки мозг принялся беспорядочно перебирать впечатления дня: приезд Джелайны, ее знакомство с Веанрис, прогулка по замку, беседа на башне… Во сне Джелайна стояла совсем близко, но дотянуться до нее никак не получалось. Бенвор шагнул вперед и понял, что идет не в ту сторону. Руки наткнулись на невесть откуда взявшееся огромное зеркало, а женщина, которую он хотел обнять, оказалась всего лишь отражением. Повернуться, чтобы увидеть ее саму, юноша так и не смог. Он застыл, изумленно вглядываясь, как за отполированной гранью Джелайну обнимает его собственное отражение. Но тут зазеркальный Бенвор обернулся… и капитан остолбенел.
Двойник был точь-в-точь, как его описывала Джелайна: в такой же черной форме, с коротко остриженными волосами и выбритым лицом. Он медленно улыбнулся, и в этой высокомерно-снисходительной улыбке светилось нескрываемое торжество. Джелайна спокойно стояла, прижавшись к его груди, и, похоже, не замечала ничего странного. Бенвор попытался позвать ее – но не мог издать ни звука. Уокер шагнул в сторону, увлекая женщину за собой. Она послушно поднялась с ним на галерею. На секунду оба замерли над пропастью, а потом неожиданно шагнули за край… Бенвор закричал, рванувшись вслед, – и проснулся.