Я глазами Маркуса в своём сознании вижу, как повсеместно вдоль границы драконы, вставшие в воздухе цепью, поливают огнём чернородцев, не давая массово перейти стену.

А внизу в наземном бою дерутся воины и драканы с теми чернородцами, кто уже перешёл. Драконы стараются направить пламя за стену, чтобы не навредить защитникам границы.

Но при этом сами открыты для стрел тех чернородцев, кто уже прорвался через стену. И есть уже упавшие драконы. И есть тяжело летящие от ран в сторону купола. В надежде на регенерацию.

Война идёт по всей западной и центральной части границы. Сзади слышны сильные взрывы. Оглядываюсь и вижу горящий королевский шатёр. Значит, прав был Марк, переведя короля в другой дом. Жизнь ему наверняка этим спас. Шпионы знали про шатёр короля.

Следующим снарядом сметает уже нашу палатку. Откуда мы только что ушли. Тоже знали, что Маркус главный? Наш дом! Дом, где жила моя семья.

Дом, где я была так счастлива с Маркусом!

После всего того, что я видел в разведке, эту гигантскую армию чернородцев, границ которой не видно с драконьего полета, я понимаю, что нас, драконов, может просто не хватить для защиты.

И я сам вряд ли выживу. Я же не буду на задних позициях, все время буду в пекле.

А синего защитного купола так и не создалось. Нынешний долго не выдержит.

А это значит, что Ларе с нашим новорождённым сыном надо отсюда немедленно уехать. С детьми — дикобразиками.

И я понимаю, что счёт идёт на минуты.

Но, Боги, эта невозможная женщина отказывается уезжать!

Что она говорит, что она говорит!

— Маркус, я не могу уйти. Я голубая вэлби, ты это знаешь. Мир Вэлбитерры призвал меня сюда, на эту битву.

Снова, снова она даёт понять мне, что она попаданка, что она пришла в этот мир. Правда, говорит, что вэлби, что мир призвал её.

Я слышал, что души иногда кочуют по мирам. Неужели древние вэлби именно так сохранились? И приходят к нам попаданцами?

Но какое сейчас это имеет значение?

Здесь и сейчас уже идёт битва, и долг мужчины — спасти свою семью.

А для меня Лара — все!

Я понимаю сейчас, что для меня моя Лара. Она — мое сердце, моя любовь, моя истинная. Она и сын — моя семья — настоящая, выстраданная!

Лара отказывается уезжать с сыном, и не понимает, что мы же тогда все погибнем здесь.

— Ты моя жена, мать моего сына. И ты уезжаешь отсюда сейчас. Немедленно.

Хватаю Лару с Алексом на руки, заталкиваю в повозку, куда отдал своего боевого коня Ворона. Не потому, что больше нет лошадей. И не потому, что больше мне, увы, на него не вскочить.

А потому, что только Бертрану и Ворону я доверяю вытащить Лару с детьми отсюда. Ворон врага всегда чует, вывезет, не бросит. Тогда будет шанс спастись.

Я уже на стадии оборачивания, я должен быть в битве.

Но Лара! Что за женщина!

Лара в последний момент выскальзывает, оставляя сына Бертрану, несмотря на мои крики. Бьёт палкой по Ворону, и тот, понимая, начинает бег.

И я сверху уже вижу, что Лара бежит к куполу, а за ней бегут дикобразики и Барт. Никто не ушёл. Даже эти мелкие иглистые маги, совсем еще дети.

Боги, сколько героев у этой битвы…

Уже идут взрывы, уже снесён шатёр короля, наша палатка.

— Как вовремя мы ушли оттуда, — проскальзывает на краю сознания.

Дэб с гарнизоном кольцом охватывает периметр купола, защищая магов и людей под куполом.

Я вижу, что маги снова встают рядом с Ларой и поднимают руки с голубыми нитями.

Слышу слова Лары:

— Держать купол, держать купол!

Слышу, как все собравшиеся под куполом повторяют хором одну единственную фразу-заклинание:

— Живи в веках, Вэлбитерра! Живи в веках, Вэлбитерра!

Я встаю в строй драконов перед куполом, поливаю пламенем чернородцев у центральной части стены. Они бьют из орудий снарядами по домам и тюрьме, и нам также приходится уклоняться от снарядов.

Не пойму, где Арчибальд, он должен быть здесь, в центре, но его нет. Ни Арчи, ни Джеральда, рядом со мной в основном молодые драконы, а из старших — боевая группа Джеральда.

Но все бьются. Вижу, как под купол залетают раненые драконы, кто успевает добраться. На быструю регенерацию, под куполом все идёт быстрее, чтобы снова присоединиться к битве.

Небо становится красно-черным от взрывов и пламени.