Эмили подумала, что Морган всего-навсего решил опередить слухи. Возможно, он думал, что после бала Берненгемов будут говорить о них, вот и попытался прикрыть свою джентельменскую задницу. Наверное, уже пожалел о своей поспешности.

– Я не хочу, папа, – отмахнулась Эмили. – За него не пойду.

Эдвард в замешательстве так и застыл на пороге. Кажется, он хотел сказать что-то еще, но в итоге все же промолчал и оставил ее одну, давая подумать.

Эмили спрятала лицо в ладонях. Вот теперь она действительно попала. Но оставалась пока надежда, что Морган образумится.

***

Целую неделю в доме царило похоронное настроение. За столом встречались только они с отцом. Мария как будто исчезла – теперь она предпочитала находиться в своей комнате. Слуги говорили, что у нее нервный срыв и ей очень плохо, приходивший доктор советовал чаще гулять и пить тонизирующий чай.

Маргарет тоже вела образ жизни затворницы. Спустилась к обеду она только один раз, но тогда Эдвард отчитал ее, и больше она из своих комнат не выходила. Эмили она по-прежнему на дух не переносила, считая ее повинной во всем – как будто та держала свечку во время ее грехопадения.

Морган тоже не появлялся, так что к пятнице Эмили решила, что он отступился. Но не тут-то было: к вечеру пришло письмо, что Кристофер Морган приглашает семейство Эшби-Смит в воскресенье на вечерний бал в свое поместье.

И Эмили понимала, что не может отказаться. Ей наконец-то выпал шанс попасть в его дом, нельзя было его упустить.

После этого приглашения дом стал оживать. Мария спустилась в субботу утром на завтрак вместе с Маргарет и была на удивление очень мила с Эмили.

—У тебя есть платье? – неожиданно поинтересовалась она тем, что никогда прежде ее не интересовало.

– Да, есть, мне сошьют, – ответила Эмили, ища в этих словах подвох.

– Мы могли бы прогуляться все вместе… – начала та.

– Я сказала: не нужно, – твердо отрезала Эмили. – И не надо притворяться милой.

Мария тут же картинно расплакалась.

– Вот видишь, я с ней добра и мила, а что получаю взамен? – обратилась она к Эдварду, строя из себя жертву.

– Дорогая… Эмили, прояви чуточку уважения, Мария всего лишь хочет быть тебе матерью, – поддержал ее тут же Эдвард.

– Поздно, – вздохнула Эмили, поднимаясь из-за стола.

Есть совершенно расхотелось, как и вообще делать что-либо.

В комнате ее ждала Лора с письмом от Софии. Это послание было лучиком света в депрессивном царстве. В письме София сообщала о своем здоровье – написала, что благодаря деньгам Моргана за ней хорошо присматривали и что она теперь чувствовала себя хорошо. А еще напомнила о примерке, ведь платье будет готово уже совсем скоро.

Естественно, Эмили тут же собралась и отправилась в Ист-Энд. Лора, кажется, уже смирилась с необходимостью бывать в этом месте. Всю дорогу она возмущалась поведением Маргарет.

– Мисс совсем взбесилась, ругает свою горничную и даже бьет ее, бедная Вивиен! – кипела она.

– Я думала, Маргарет уедет домой, – заметила Эмили рассеянно.

– Нет, ее не ждут дома. Сказали, что оставляют ее на попечение вашей мачехи, наказали исправить ситуацию, – с готовностью насплетничала Лора.

– Исправить? – не поняла Эмили.

Лора придвинулась ближе и шепнула:

– Я думаю, на этом балу Маргарет попытается скомпрометировать виконта, чтобы у него не осталось шансов отказаться от нее. Ведь виконт Морган – человек слова и дела. Как он вам помогал и спасал! Конечно же, он и мисс Маргарет защитит.

Эмили подобное предположение неожиданно очень сильно разозлило. Она ощутила себя собакой на сене – ведь сама отказала, теперь нечего жалеть… Морган должен быть с Маргарет, хотела она того или нет, потому что именно так все и было по истории. И никакой Эммы Эшби, супруги Кристофера Моргана…

Эмили с Лорой застали Софию за работой. Та не ждала их так рано и немного удивилась визиту. Синяки с ее лица уже начали сходить, и выглядела она намного лучше. На этот раз объятия с Софией были очень теплыми, и та уже не выглядела колючей, будто приоткрыла свой панцирь для Эмили. Лора ничего не спрашивала о случившимся и вообще корректно помалкивала.

– У нас ведь примерка завтра, – напомнила София, провожая их в рабочий кабинет.

– Планы немного изменились, и я была так воодушевлена твоим письмом, что… – пустилась в объяснения Эмили, но замолчала, когда они вошли в примерочную.

Платье даже на манекене выглядело нереально. Ткань действительно была похожа на расплавленное золото – она будто струилась, спадая к полу. Казалось, стоит подставить ладони – и получишь ожог.

Фасон у платья был довольно простым: София решила, что не стоит, учитывая изумительную ткань, перегружать образ лишними деталями.

– Мисс, – восхищенно шепнула Лора, – вы в нем будете принцессой.

– Да, из волшебной страны, – улыбнулась Эмили.