В конце нашей трапезы, когда на смену опустевшим блюдам принесли горячий чай, нашу девичью компанию нарушил визит одного блондинистого лорда.

– Леди, какое великолепное утро! Столько красивейших цветков – и всё мне одному! – весело воскликнул Страуд Лотар, возникнув у входа в беседку.

– Что вы, лорд Лотар! – заливисто захохотав, отозвалась Манис. – Отнюдь. Не все цветки в вашем распоряжении! Некоторые уже заняты другими, более расторопными лордами.

– Моё упущение! – поклонившись, ответил Страуд и пустил в мою сторону сальный взгляд. – Леди Циенн, безумно рад видеть вас в здравии. Вы уже оправились от нападения?

Я чуть чаем не подавилась. Неужели все во дворце уже знали о ночном покушении?

– Я… – растерянно протянула я, не зная, что ответить. Но меня спасла леди Кудряшка, заодно и прояснив для меня полунамёки лорда Лотара:

– Страуд, вы невыносимы! Только наша чудесная Эмма забыла о диком вепре, как вы решили напомнить ей о том, как она чудом избежала страшной смерти.

– Виноват, каюсь! – Лорд Лотар поднял руки вверх и подмигнул мне. – Позвольте мне загладить свою вину, леди Циенн, и пригласить вас на прогулку?

– Леди Циенн прогуливается только со мной, Страуд, – вмешался в нашу светскую беседу очень вовремя появившийся Риад. Быстро найдя меня взглядом, он едва заметно кивнул мне, будто выражая молчаливую поддержку, и, поздоровавшись с остальными фрейлинами, протянул мне руку. – Пойдём, дорогая.

Я старалась не улыбаться слишком торжествующе, но ничего не могла с собой поделать. Чувствовать защиту мужчины, в рот которому заглядывает весь двор, было невероятно приятно. И даже горящий мстительным огнём взгляд черноволосой красавицы Манис не мог испортить мне момент триумфа.

Мы молча вышли из беседки и не проронили ни слова на всём пути к резиденции. Лишь перед лестницей Риад остановился и, внимательно посмотрев мне в глаза, сказал:

– Я хотел увезти тебя в своё поместье, но королева была против. Мне запретили покидать двор, фактически приказав дожидаться королеву во дворце. Поэтому максимум, что мне удалось для нас выторговать, это несколько дней покоя и тишины в пустующем королевском дворце. Пока её величество не вернётся вместе со всеми после завершения охоты.

Я многозначительно промычала. А что тут ещё сказать можно было? Я не сомневалась в том, что Риад действительно пытался меня убрать как можно дальше от кишащего ядом королевского двора. И так же не сомневалась в том, что королева, вцепившаяся клещом в своего любимчика, не отпустит меня и Риада, пока не решит окончательно вопрос с браком своего племенного жеребца.

– Так мы… едем обратно?

– Да. – Риад кивнул, подтверждая свой ответ. – Я уже распорядился, чтобы слуги собрали наши вещи. Так что выезжаем, как только будешь готова.

– Спасибо, – прошептала я, переполненная благодарностью к Риаду. Всё же он делал всё, что мог, чтобы защитить меня, и я не могла не оценить усилий королевского зельевара, сражающегося в одиночку против целого мира.

За меня.

Пусть это и было вынужденной мерой и следствием нашего договора, но он на деле показал, что его слова имеют вес. Он жертвовал не только своим положением, но и жизнью.

И я помимо воли проникалась всё большим восхищением к этому мужчине. И это меня пугало. Потому что в глубине души я понимала, к чему это всё могло меня привести. Если уже не привело…

* * *

Мы могли бы ехать верхом, но из-за ранений, полученных лордом Вираном в недавней схватке с диким кабаном, были вынуждены сесть в экипаж. К счастью, королевский зельевар не стал устраивать светских бесед, предоставив мне возможность самой выбирать, о чём думать в этом недолгом, но крайне выматывающем путешествии.

И я думала. Вспоминала пансион, спокойную беззаботную жизнь в стенах, ставших мне домом. Думала и о Бригги, которую, казалось, не видела целую вечность. «Надо написать ей!» – мысленно сделала себе заметку я. И вроде почти успокоилась, думая о вещах, далёких от королевского двора, но стоило моему взгляду скользнуть по откинувшемуся на спинку диванчика Риаду, как я погрузилась в воспоминания, совсем недостойные юной пансионки.

Я словно снова ощутила под подушечками пальцев горячую кожу Риада, те молнии, что возникали между нами, стоило нашим телам оказаться рядом. Тяжело сглотнув, я прошлась взглядом по высокому лбу лорда Вирана, по его прямому носу и сжатым губам. Кажется, даже сейчас Риад думал о чём-то неприятном, просчитывал свои ходы и строил планы по защите себя и своей личной жизни от придворных змей и королевской кобры.