Похоже, лорд Виран и сам не знал, что мне делать и как быть. На приватную встречу с королевой взять меня он никак не мог, но и оставить одну в покоях, где было совершено покушение, тоже было нельзя.

– Думаю, лучшим выходом для тебя будет спуститься вниз. Я заметил в беседке, расположенной правее входа в резиденцию, нескольких леди. Слуги накрывали им завтрак, ты как раз сможешь присоединиться, не вызывая подозрений. Сейчас тебе лучше быть у всех на виду.

– Да, наверное, ты прав, – кивнула я, впрочем, безо всякого энтузиазма. Снова выслушивать шипение дворцовых змей мне не хотелось, тем более делить с ними утреннюю трапезу. Но… Риад был прав. На людях меня не будут пытаться убить. По крайней мере, пока…

– Как скажешь, – покорно согласилась я, надеясь, что сам королевский зельевар вернётся как можно скорее и заберёт меня из этого рассадника ядовитых пресмыкающихся.

Мы разошлись на лестнице: Риад отправился наверх, в кабинет королевы, а я неспешно побрела вниз – на завтрак с фрейлинами её величества.

Воздух пах солнцем и розами. Я даже удивилась, – откуда посреди леса плантации розовых кустов? Но после увидела, что как раз вокруг той самой беседки, которую облюбовали фрейлины её величества, и росли те самые кусты с ярко-красными бутонами.

Вдохнув полной грудью аромат цветов, я подошла к беседке и замерла у входа, всё ещё не замеченная девушками, сидевшими внутри.

– Ой, да что вы знаете! Конечно вернётся! – воскликнула одна из фрейлин, очевидно отвечая на кем-то ранее заданный вопрос. – Даже если всё случится, ему быстро надоест. Сами посмотрите на эту мышку!

В душе шевельнулась неприятная догадка, неужели речь шла обо мне? Но если так, то вернуться должен Риад. Вот только куда? Или… к кому?

– А мне кажется, – задумчиво добавила другая леди, – что это любовь. Можете в меня бросать гнилые яблоки, но нужно быть слепцом, чтобы не заметить, как он на неё смотрит, когда она этого не замечает. Эх, смотрел бы кто на меня таким взглядом!

Я даже дышать перестала. Может, я ошиблась и речь шла вовсе не о нас? Ведь не мог Риад на самом деле увлечься мной!

– Лорд Виран будет моим, – поставила жирную точку в моих сомнениях леди Виралайн, чей голос я уже с лёгкостью могла узнать, даже не видя фрейлину своими глазами. – А простушка уберётся обратно в своё захолустье. Если хочет остаться живой.

– Что ты такое говоришь? – возмутилась одна из девушек. – Неужели ты собираешься её…

– Ой, замолчи, – со смехом ответила Манис. – Я не опущусь до марания рук какой-то пансионкой. Больше ни о чём меня не спрашивайте, всё равно не скажу.

Эх, как бы хотелось сейчас эффектно появиться с громким «А жаль!» и вывести змею на открытую перепалку. Но я не могла себе позволить подобной роскоши. Поэтому, сжав пальцы в кулак, я натянула на лицо наивную улыбочку и преодолела последнее расстояние до входа в беседку, разом обозначив своё присутствие мгновенно притихшим фрейлинам.

– Доброе утро! А я к вам. Ох, как здесь вкусно пахнет!

Кажется, я немного переиграла. На мне схлестнулись недоверчивые, полные подозрения и презрения взгляды благородных девиц.

– Доброго утра, располагайтесь, леди Циенн, – первой отмерла главная змея, черноволосая Манис. От мёда в её речах аж скулы свело, и, похоже, не только у меня. Несколько сидящих возле леди Виралайн фрейлин с удивлением уставились на свою подругу.

Я ждала каверзных вопросов и постоянных подколок, но на удивление завтрак прошёл в дружелюбной атмосфере. Возможно, в этом была заслуга той самой фрейлины, которая верила в наши с Риадом чувства, – леди Эльберт Морсби. Я узнала её голос, а после и по манере общения поняла, что среди клубка змей затесалась вполне миролюбивая ящерка. Леди Морсби была юна, свежа и очень располагала к себе. Рыженькая, с крупными кучеряшками и огромными синими глазами, она казалась маленькой девочкой, по ошибке принятой в положение придворной дамы. И лишь вполне оформившаяся женская фигура намекала на то, что леди Эльберт уже созрела для взрослых игр двора.

С самого моего появления в беседке и до завершения завтрака она взяла меня под своё покровительство, расположив на скамье возле себя, и тщательно оберегала от нападок других фрейлин. Я даже на какое-то мгновение подумала, что мы могли бы подружиться. Леди Морсби отлично вписалась бы в наш дуэт с Бригги.

Но после сама себя одёрнула. При дворе никому нельзя доверять. А тем, кто мило улыбается, нельзя доверять вдвойне. Кто знает, какую игру они затеяли и какие цели преследуют.