Резко остановившиеся впереди кони едва не вынудили мою кобылку встать в свечку. Я насилу удержала её от опасного манёвра, вложив всю силу в руки и ноги, показывая ей, кто здесь главный.
– Вепрь! – закричали слева.
– Осторожнее! – добавили сзади.
А сзади раздался женский визг слишком чувствительной леди. Я же постаралась выискать взглядом Риада. Тот нашёлся не сразу. Среди перетаптывавшихся на месте лошадей я с трудом разыскала жеребца лорда Вирана. Сам же королевский зельевар, быстро окинув нашу толпу внимательным взглядом, нашёл меня, кивнул и, вытащив что-то из седельной сумки, спрыгнул на землю.
О нет! Неужели он собрался участвовать в забивании вепря?
Я едва не повторила полный ужаса визг одной из леди, но лишь открыла рот в немом крике.
Дикий храп кабана заставил кровь застыть в жилах. Вместе с Риадом на землю спрыгнули ещё около десяти мужчин, но мне казалось, что королевскому зельевару не стоило участвовать в столь опасной «забаве».
Стоило кабану завизжать от бессильной ярости, когда он почуял, что его загнали в угол, как время потекло своим, совершенно отличным от обычного, ходом. Я только успевала моргать, как «картинка» менялась.
Вот мужчины окружили кабана, вооружившись копьями и кинжалами. Вот лайки бросаются на кабана, помогая охотникам, отвлекая на себя внимание животного, рвано кусая его за бока и лапы. Вот кабана окружили плотным кольцом, и я уже не могла понять и предугадать действия раненого вепря.
Я знала, что дикий кабан опасен. Он мог притвориться мёртвым, чтобы в последний момент напасть на слишком самоуверенного охотника и убить его. И я надеялась, что Риад тоже не забыл о коварстве вепря.
В какой момент всё пошло не по плану, сложно сказать. Но вот плотное кольцо охотников расступилось, и я увидела окровавленного кабана, дикий взгляд которого остановился на моей кобыле.
Всего одно мгновение, и зверь вырвался из вооруженного кольца, оставив охотников с носом. И мощным броском понёсся на меня.
Моя кобыла попятилась, но сзади подпирали другие лошади, и отступать было некуда.
Всё же встав в свечку, моя лошадь заржала, пытаясь копытами защититься от дикого зверя.
Я не удержалась в седле и упала на землю, больно ударившись спиной об острые камни. Ослеплённая болью, я зажмурилась, а когда всё же раскрыла глаза, то в ужасе закричала. Прямо на меня летел вепрь, разбрызгивая вокруг себя слюну и алые капли, а его налитые кровью глаза предрекали мне страшную, мучительную смерть.
И рядом не было серого защитника с таким необходимым порталом. Спасения ждать неоткуда.
Словно загипнотизированная, я смотрела на приближающуюся махину. Звериный оскал, обагрённые кровью клыки и взгляд, лишённый всякого сознания. Лишь слепая ярость, направленная на меня.
Я не знаю, что творилось вокруг. Весь мой мир сузился до нас двоих: меня и вепря, сражающегося за свою жизнь. И я прекрасно его понимала. В каком-то смысле я сама была подобна такому вот дикому кабану, которого забавы ради загнали в угол дворцовые марионетки королевы.
Вот только, в отличие от дикого зверя, я защищаться открыто не могла.
Время растянулось, как густое желе, почти замерев в мёртвом стазисе. А потом словно взорвалась хлопушка. И всё вокруг завертелось с такой скоростью, что я увидела лишь смазанную тень перед собой, а после почувствовала, как меня с силой отбросило в сторону.
Я едва не оглохла от грохота вернувшегося звука криков, стрельбы и лая собак. Всё тело болело, спину обжигало огнём.
Проморгавшись, я завертела головой по сторонам и беззвучно охнула, увидев Риада.
Его руки каким-то чудом удерживали навалившегося на него кабана, не давая тому окончательно закрыть собой Риада, а сам королевский зельевар был полностью в крови – то ли в своей, то ли зверя.
Не знаю, на каком адреналине, но я в одно мгновение оказалась возле Риада. Кабан хрипел, из раскрытой пасти пузырилась кровь, стекая с острых клыков на лицо лорда Вирана.
– Отойди! – крикнул мне Риад, и я выдохнула, только потом сообразив, что всё это время не дышала. В лёгких даже запекло от поступившего кислорода.
Я послушно отошла на несколько шагов, давая мужчинам дорогу к Риаду.