Я с силой выдохнула и вернулась к тряпке. Будь что будет. Но ещё один шаг я сделала: убрала со стола лишние предметы, чтобы получить к нему быстрый доступ. Так, на всякий случай.

Вдруг Ёрик развернулся, стуча костями. Скользнул по мне светящимся взглядом. Откашлялся:

— Я скоро вернусь, — отчитался он, закрывая за собой книгу с обложкой из тёмной кожи. — Постарайтесь не разрушить здесь всё к моему возвращению. И вымойте пробирки. Меня вызывает хозяин.

Поскрипывая Ёрик направился к двери, и я, стараясь не выдать своих намерений, с преувеличенной усердностью взялась за тряпку, протирая уже чистую поверхность стола.

Как только дверь закрылась, я замерла, напряжённо прислушиваясь. Его шаги удалялись по коридору, ровные, точно метроном. Когда они исчезли окончательно, я почувствовала, как грудь сдавило от осознания: у меня появился шанс.

Моя рука дрожа потянулась к верхнему ящику стола, а в голове застучала одна мысль: «Это не навсегда, это просто чтобы всё понять. Во всём разобраться».

Я осторожно потянула за ручку. Ящик поддался с тихим скрипом, и внутри обнаружилась пачка пергаментов, аккуратно уложенных один на другой. Я скользнула по ним взглядом, но ничего необычного не заметила. Мои пальцы двигались почти автоматически, открывая следующий ящик. Сердце билось так громко, что казалось, его можно было услышать даже со стороны.

И тут я увидела то, что искала, но найти не желала.

В углу ящика лежали два предмета: маленькая помада цвета вина и шарфик нежного бирюзового оттенка. Женские вещи. И уж точно не принадлежавшие Артано.

Я взяла шарф, осторожно поднеся его к глазам. Ткань была мягкой, но немного испачканной. Тёмное пятно, как засохшая грязь, въелось в один из краёв.

— Это могло быть что угодно, — сказала я себе.

Я положила шарф обратно и потянулась к помаде. Она оказалась холодной на ощупь, точно только что из морозильника. Почему она здесь? Кто её оставил?

Моя фантазия рисовала картины одна страшнее другой. Это могли быть вещи Эли. Или другой студентки, исчезнувшей до неё.

Секунда затянулась в вечность. Я вдруг услышала что-то за дверью — шаги? Нет, показалось. Но этого оказалось достаточно, чтобы я застыла, а сердце бешено заколотилось в груди.

Моя рука дрожала, когда я положила находку на стол. Дыхание стало тяжёлым, и я закрыла ящик, стараясь, чтобы он не издал ни единого звука.

— Так, пробирки. Нужно заняться пробирками, — проблеяла я вслух, пытаясь вернуть себе спокойствие.

Я медленно передвигалась от шкафа с пробирками к старой раковине и обратно, моя то одну, то другую. Хотелось, чтобы работы выбросила из головы все подозрения, ведь иначе я и сама в опасности!

Но шарфик и помада теперь прочно засели в моей голове, добавляя ещё один кусочек к сложной и страшной головоломке. Головоломке, собирать которую придётся мне. И прежде всего стоило забрать с собой новые улики, чтобы потом продемонстрировать их тем, кому я могу доверять — Жасмин и Родолиту.

Я смогу. Я справлюсь. Я перемою все пробирки и пойду к друзьям!

Я едва успела поставить последнюю, блестящую от воды пробирку на место, когда по коридору раздались шаги. Тяжёлые и уверенные.

Я мгновенно застыла, а холод пробежал по спине.

Сердце подскочило куда-то к горлу. Шарфик и помада всё ещё лежали на столе рядом. Проклиная себя за медлительность, я схватила их и сунула обратно, с трудом запихивая в первый попавшийся ящик. Но крышка не закрывалась до конца, и я, в панике, толкнула её чуть сильнее, чем следовало.

Скрип ящика и шум падающего стула слились воедино, когда я, отступив назад, споткнулась и с грохотом рухнула на пол.

— Ох, чёрт! — вырвалось у меня, когда боль от удара разлилась по локтю.

Дверь распахнулась.

Я подняла голову, и передо мной, как тень, вырос Артано. Его взгляд скользнул по мне, затем задержался на ящике стола, который всё ещё был приоткрыт. Выражение его лица было ледяным, но в тёмных глазах вспыхнул интерес. И подозрение.

— Что ты делаешь? — спросил он. Голос прозвучал низко, но ср стальным оттенком, от которого я невольно содрогнулась.

Я поспешила сесть, пытаясь выглядеть непринуждённо, но руки всё ещё дрожали.

— Э-э… тряпку искала, — пробормотала я, слабо кивая в сторону упавшего стула.

Его бровь медленно поползла вверх.

— Тряпку? — переспросил он, словно пробуя это слово на вкус.

— Да, — сказала я чуть громче, стараясь казаться уверенной. — Она куда-то закатилась. Я наклонилась посмотреть, и, ну… вы сами видите.

Я попыталась встать, но, как назло, левая нога зацепилась за ножку стула, и я снова рухнула на пол.

— Ох, прекрасно! — пробормотала себе под нос, чувствуя, как заливаюсь краской.