— Пожалуйста, — добавила Жасмин, её голос смягчился. — Ты мне не оставляешь выбора. Если не пойдёшь сама, я скажу Родолиту.

— Родолиту? — я приподнялась на локте, вскинув на неё уставший взгляд. — Ты шантажируешь меня Родолитом?

— Если это поможет, то да! — Она наклонилась ещё ниже, её глаза вспыхнули упрямством. — Не думай, что я буду молча наблюдать, как ты загоняешь себя в могилу.

Могила. От этого слова меня передёрнуло. Где-то в глубине глухо заныло сердце, напоминая о видениях, которые не давали покоя.

— Я сама разберусь, — произнесла я чуть громче, чем собиралась.

Жасмин вздохнула, разжав пальцы:

— Хорошо. Но если ещё раз увижу, что ты ведёшь себя как ожившая тень, сама тебя потащу. И больше не спорь.

— Договорились, — буркнула я, зарываясь лицом в подушку.

Но сон уже не возвращался так просто.

Когда я поняла, что ещё немного — и начну разговаривать с тенями в зеркале, решение пришло само собой. Уж лучше добровольно поползти в медпункт, чем дождаться, когда Жасмин и Родолит организуют мне «дружеское сопровождение».

Слабое мерцание ламп под потолком сопровождало мой путь сквозь пустые коридоры академии. Вокруг всё казалось немного нереальным, как будто мир за ночь оброс туманом из моих кошмаров. У каждой двери я ловила себя на мысли, что за ней кто-то стоит. У каждой тени ждала, что она начнёт шевелиться.

Когда я наконец добралась до медпункта, всё внутри было разочаровывающе будничным. Лампы, шкафы с бутылочками и травами, унылый стол с ещё более унылым стулом.

— Бессонница? — спросила врачевательница, даже не подняв головы от книги с названием «Основы противоядий».

— Если бы. Кошмары, — хмыкнула я, присаживаясь на стул и осторожно поглядывая на пузырьки с незнакомыми этикетками. — С криками, бормотанием, со всей этой приятной ночной компанией. Думаю, ещё пара таких ночей, и меня можно будет сдавать в лабораторию.

Врачевательница наконец удостоила меня взглядом. Её бровь слегка приподнялась.

— Настойка от кошмаров, — спокойно сказала она и потянулась за небольшим флаконом. — Две капли перед сном. И ещё одно. — она прищурилась, изучая меня так, словно вела внутренний спор, что же хуже: тёмные круги под глазами, или моя привычка спорить с собственными снами. — Тебе стоит подучить защитные заклинания от сглаза.

— Это не сглаз, — фыркнула я. — Это… жизненный опыт.

— Все так говорят, пока не становится поздно, — сухо заметила она, вручая мне флакон.

Возвращаться в свою комнату было странно. Я поклялась себе, что не стану засыпать с мыслями о том, что ещё увижу, но сон всё же пришёл легче, чем я ожидала.

И тут я заметила кое-что новое.

Каждое утро, едва мои глаза открывались, перед ними вспыхивал образ Артано. Его холодные глаза, его печальная улыбка, его пальцы, которые словно бы держали меня на расстоянии и притягивали одновременно.

Я потёрла виски и в сердцах пробормотала:

— Ох, нет. Нет-нет-нет.

Всё стало кристально ясно.

Меня тянет к Артано.

— Это всё из-за того ритуала, — убеждала я себя. — Или из-за того, что я полезла в его тайны. Конечно, это магия. Это чистая магия!

Но внутренний червячок недоверия хихикнул:

«Да-да. Магия».

Сон теперь был спокойнее, но сама я — совсем наоборот. Каждый раз, когда я видела его, сердце странно подрагивало, словно пытаясь выскочить из груди. А когда он проходил мимо, я чувствовала это безошибочно, как дуновение холодного ветра или запах первой грозы.

«Всё под контролем, — твердила я про себя. — Никакой влюблённости. Это просто побочный эффект от всего этого безумия».

И, как обычно, я солгала себе так убедительно, что даже почти поверила.

Родолит ждал меня у лестницы, прислонившись к перилам с тем самым обворожительно-простым видом, который, казалось, работал на любую цель: от получения лучших мест в столовой до укрощения особо вредных фамильяров.

— Ты не хочешь прогуляться? — предложил он, чуть склонив голову. Его улыбка была такой мягкой, что я сразу почуяла подвох. — Подышим свежим воздухом, расслабимся.

День был солнечный, редкий для осени. Ветер гнал по небу белые облака, а листья кружились в воздухе, создавая ощущение волшебного вихря, в котором хотелось раствориться, забыть обо всём. О ночных кошмарах, о тайнах Артано, о тревоге за пропавших студенток.

Мы вышли к полянке неподалёку от мрачного старого фонтана, где вода шептала себе что-то под нос, а мраморные фигуры на его краях были так истерзанны временем, что трудно было понять, кто они: герои древних легенд или жертвы странных заклинаний?

Родолит остановился и повернулся ко мне.

— Алиса…