— Ну уж нет, — пробормотала я, с силой сворачивая листок. — Никто просто так исчезать не будет.
Я знала, что боюсь. Знала, что это глупо. Но если не я, то кто?
Стиснув бумагу в кулаке, я решительно направилась в сторону кабинета Артано.
Однако, чем ближе подходила, тем явственнее я вновь ощутила на плечах давящее чувство. Кто-то будто бы проникал ко мне в голову, наполняя её ещё большим холодом, страхом и болью.
— Сгинь!
На этот раз я не замерла испуганной птицей и не прыгнула в объятия к спасителю. Я обернулась. Так резко развернулась на месте, что перед глазами всё поплыло. Зато я разглядела нечто тёмное и похожее на женскую фигуру, которое в мгновение ока испарилось на месте.
— Что ты хотела, Землякова?
Вместо ответа я до хруста скомкала лист в руках и опустила на него взгляд, почти позабыв, что несла.
— Вот, — я протянула бумажку некроманту.
Оказывается, он умеет сопеть и стонать с закрытым ртом. И всё это одновременно. Я даже не сразу поняла, что стон умирающего исходил от Артано, пока не осмелилась поднять взгляд и посмотреть на него. Артано со злобой смотрел на лист, а красивые, широкие брови почти соединились на переносице.
— Где ты это взяла? — голос, на удивление, прозвучал ровно.
— На стенде, — зато я блеяла подобно овечке, оказавшейся перед серым волком. — Здесь говорится, вы будете мне платить.
— Прямо, тебе?
— А что, к вам ещё кто-то по объявлению пришёл?
— Господин.
— Какой? — не поняла я, но под тяжёлым взглядом вжала голову в плечи.
— Обращайся ко мне «господин», если хочешь быть моей ассистенткой, Землякова.
— Тогда вы, господин… Артано, перестаньте кликать меня по фамилии, — осмелела я и шлёпнула объявлением по ладони некроманта.
Лист вспыхнул и обзавёлся квадратной академской печатью.
Я какое-то время моргала на лист, разглядывая перемену, и не сразу расслышала, с чего именно Артано начал вести список моих обязанностей, как его помощницы.
— Учти, — закончил он, сложив руки на груди, — если решишь разорвать контракт раньше, чем через две недели, то платы не получишь.
Звучало это так, словно Артано полагал, будто я разорву контракт на следующий же день, если не сегодня ночью.
— А теперь за работу. Швабру и ведро попроси у Ёрика. Для входа скажи: «Открывакус».
Артано собирался уйти, но я ж не просто так к нему строиться решила. Я схватила его за рукав сюртука и легонько дёрнула на себя:
— А где Эля?
— Уехала к бабушке, — не моргнув и глазом отчеканил Артано так скоро, словно наизусть выучил.
Я ему, конечно, не поверила. Буду я верить некроманту, который, скорее всего, сам же её и похитил для своих некромантских дел.
Однако, отпустить преподавателя пришлось, как и протопать в его лабораторию.
В кабинет я вошла легко, как и в прошлый раз. Полное темноты помещение не сумело обмануть меня дважды. Если в прошлый раз я ползала по нему новорождённым котёнком, то в этот раз показала себя бывалым воякой.
— Эй, Ёрик, разжигай своё освещение и неси мне швабру, — кликнула костлявого помощника Артано и осталась ждать, сложив руки на груди, уподобляясь некроманту.
Ёрик проснулся. Я довольно потёрла ладошки. Скелет сходил за инвентарём и принялся руководить. Ох, не представляла я, что Ёрик окажется той ещё придирчивой бабулькой!
— Ну-у-у, барышня, не так! — Ёрик всплеснул костлявыми руками, едва не выбив из них тряпку. — Щёткой против часовой стрелки, не иначе! Некромантическая пыль — дама капризная, враз залетит не туда, куда надо.
— Куда именно? — Я скептически уставилась на кучку серого порошка, которую тщательно стирала со стола.
— В лёгкие. Или в мозг, — пустые глазницы сверкали мудростью столетий. — Оба варианта не для вас, юное создание.
— Очень ободряюще, — буркнула я, вооружившись щёткой и послушно завела против часовой стрелки.
Первый рабочий день, вернее, вечер, начался плохо: ёмкости со слизью, зельями и загадочными жидкостями были везде. Артано исчез в неизвестном направлении, оставив меня наедине с лабораторией, похожей на склад реквизита к фильму ужасов.
А Ёрик, судя по всему, решил, что ему досталась роль надзирателя.
— Девчушка, в колбы не заглядывать! Это вам не чайные грибочки, — наставлял он, бренча локтями. — И к котлам не приближаться! Последняя ассистентка, нюхнувшая пары, неделю квакала.
Я мысленно помянула ту бедолагу и подозрительно покосилась на котёл, из которого клубился сизый дымок.
— Может, ты сам уберёшься? — не выдержалая, смахнув очередную паутину с полки. — Всё-таки у тебя нет ни лёгких, ни мозга.
— Не могу, — философски ответил Ёрик, махая рукой.
Я с отвращением уставилась на скелета, но промолчала. Бесполезно спорить с тем, у кого язык давно сгнил, а словарный запас остался.