На негнущихся ногах иду вдоль деревянных столиков с кожаными диванчиками.

На краю сознания мелькает мысль, что интерьер слишком простой для баров Москвы, но я заталкиваю ее подальше. Так как дохожу до угла стойки, сворачиваю.

Моментально нахожу Антона у дальней стены. Он и еще двое мужчин расположились за длинным столом, заставленным полупустыми бутылками. Антон в одиночку развалился на диване, когда его приятели заняли стулья по бокам от стола. Но не это привлекает мое внимание, а стаканы в руках мужчин — все они заполнены янтарной жидкостью.

Меня начинает мутить, стоит только подумать, что придется подойти к ним. Терпеть не могу алкоголь. За годы, работая официанткой, я ощутила все его “прелести”. Поэтому решение принимаю мгновенно — начинаю отступать. Лучше пересекусь с Антоном в другой раз, когда он будет в нормальном состоянии.

Но удача, похоже, покинула меня. Антон поднимает помутневший взгляд, сосредотачивается на мне. Ему требуется пару секунд на узнавание, после чего губы мужчины растягиваются в хмельной ухмылке.

— О-о-о, моя невесточка явилась, — взмахивает рукой со стаканом, а жидкость выплескивается не только на его джинсы, но и на диван.

Мои глаза расширяются.

Кто? Невесточка? Мне же не послышалось?

Черт! Чувствовала же, что не нужно сюда идти. Вот говорил мне дедушка, нужно слушать свою интуицию. Но нет же. Решила последовать за желанием узнать правду. Теперь придется поплатиться.

— Давай, поговорим в другой раз, — произношу словно не своим голосом, настолько хрипло он звучит.

Начинаю задом отступать.

— Стоять! — грубый приказ, заставляет меня застыть.

Мне требуется пару мгновений, чтобы прийти в себя. Вот только Антону хватает небольшой заминки, чтобы подняться на ноги. Пошатываясь, он выходит из-за стола и нетвердой походкой направляется ко мне.

Облизываю пересохшие губы, тяжело сглатываю.

Бросаю взгляд на дверь. Оцениваю шансы сбежать. Понимаю, что они невелики. Ведь попыткой побега, я спровоцирую Антона. Он бросится за мной, поймает и тогда… Страшно представить, что будет тогда.

Поэтому решаю не рисковать. Стою на месте, наблюдаю за приближением мужчины. Он идет ко мне медленно, я бы сказала — вразвалочку. В одной руке сжимает стакан, вторую — засунул в карман джинсов. Черная майка облепляет его тело, выставляя напоказ накаченные руки.

Дрожь охватывает тело. О чем я думала, когда решила вернуть Антона в свою жизнь?

Так, Маша, соберись. Поздно жалеть о своей глупости! Может, я действительно выясню что-то полезное.

“Ты в это веришь?” — ехидно хмыкает внутренний голос, но я от него отмахиваюсь.

Сейчас мне нужно прислушиваться только к инстинктам, тем более Антон останавливается на небольшом расстоянии от меня. Окидывает меня сальным взглядом, из-за которого появляется желание помыться, и лишь после этого сосредотачивается на моем лице.

— Явилась все-таки, — криво усмехается. — Пошли, — тянется к моей руке, но я делаю шаг назад, за что зарабатываю недовольный взгляд.

— Просто расскажи мне все, — удивительно, но говорю твердо.

В глазах Антона появляется предупреждающий огонек. Мужчина до побеления костяшек стискивает стакан. У меня возникает ощущение, что Антон сейчас кинется ко мне, схватит и сам потащит к столу. Но мужчина только кривится.

— Ты же хотела поговорить с юристом, — его язык заплетается. — Он там, — указывает головой на стол, где до сих пор сидят двое мужчин и с любопытством наблюдают за нами. — Решай сама, нужна ли тебе информация, — резко разворачивается и направляется обратно к стону.

По идее, я должна расслабляться, ведь беда миновала. Но мышцы, наоборот, сталью наливаются. И я, стараясь ни о чем не думать, на негнущихся ногах иду за мужчиной.

“Дура!”, — на эмоциях заявляет внутренний голос.

“Знаю”, — отвечаю ему с безнадежностью. — “Но я должна знать”.

Не помню, как дохожу до столика. Получается очухаться, только когда вижу Антона, занявшего свое место. Собираюсь сесть на стул напротив него, но мужчина похлопывает ладонью по диванчику.

С силой борясь с желанием послать Антона подальше и уговаривая себя, что все будет хорошо, обхожу стол. Краем глаза замечаю лысого, но с эспаньолкой, мужчину. Он откинувшись на спинку стул, на которой висит косуха, и сложив руки на груди, следит за каждым моим движением. Второго худощавого “друга” Антона окидываю взглядом, когда сажусь на краешек дивана. Он в деловом костюме, но сальные темные волосы вызывают сомнения, что это и есть юрист.

Сильнее сжимаю в руке телефон. Во что я, черт побери, вляпалась?

— Санек, — Антон пододвигается ближе. Мне приходится подавить желание вжаться в подлокотник, лишь бы быть подальше от мужчины. — Расскажи моей невесте, какую хрень она подписала, — громыхает он над моим ухом.