— Тетя Света, сказала, что ты два дня почти ничего не ела, — Руслан подходит ближе, поэтому закрываю глаза. — Не расскажешь, почему? Решила голодом себя заморить? — голос мужа полон гнева и… тревоги.

Плевать!

Молчу. Не хочу говорить с Русланом совсем.

— Маша, — он прикасается к моему плечу. Отшатываюсь, перекатываясь на другую сторону кровати.

Сзади раздается обреченный вздох, затем снова слышу шаги. Напрягаюсь. Когда тень загораживает льющийся из окна свет, жду очередного прикосновения. Но ничего не происходит. Зато от тяжелого, проникающего под кожу, переворачивающего все внутри взгляда так просто избавиться не получается.

Руслан, похоже, решил взять меня измором. Становится жутко неудобно, поэтому бормочу:

— Какая тебе разница, даже есть так?

Глубоко вздыхаю и сажусь на кровати. На Руслана намеренно не смотрю. Лучше видеть свое болезненное отражение в выключенном экране телевизора, висящем на стене, чем недовольное лицо мужа. Вот только, как бы я не пыталась игнорировать его, все равно краем глаза замечаю, что Руслан проводит пальцами по волосам, из-за чего мышцы его пресса перекатываются под кожей.

На спине выступает холодный пот, сжимаюсь. Находится в одной комнате с полуголым мужем после того, как он обещал взять меня, когда я приду в себя, как-то жутко.

— Я действительно был в командировке, — Руслан сдергивает с себя полотенце и начинает вытираться им. — На объекте во Владивостоке случилось ЧП, поэтому пришлось срочно вылететь туда.

У меня во рту пересыхает. Страх ледяными иголами покалывает кожу. Отползаю подальше, подтягиваю к себе колени и обнимаю их. Голову поворачиваю в другую сторону.

— Ничего не скажешь? — муж хмыкает, а я вся превращаюсь в слух — вроде бы посторонних звуков, таких как скрип кровати, не раздается. — Маша, — произносит Руслан громче.

— Мне все равно, где ты был, — бормочу, кладя щеку на колени, утыкаясь взглядом в ту же картину.

— Уверена? А если я был у Вики? — в голосе мужа появляется ухмылка.

Гнев острым лезвием режет по груди, стискиваю челюсти, но все-таки выдавливаю короткое:

— Мне все равно!

Не знаю, что делает мой муж, слышу лишь его тяжелое дыхание и шорох полотенца. Чувствую его пронзительный взгляд на себе.

— Ты точно в порядке? — пытливый голос мужа заставляет меня напрячься еще сильнее.

— Я уже сказала, что все хорошо, — покусываю губу, молясь, чтобы он поскорее ушел и оставил меня одну.

— Тогда собирайся, — заявляет безапелляционно.

— Зачем? — взгдергиваю голову, смотрю на Руслана, но, похоже, только чтобы отвернуться обратно.

Жар приливает к щекам. Слышу смешок, а потом шаги.

Крепко зажмуриваюсь, когда краем глаза улавливаю движение.

— Сегодня у нас деловой ужин с партнером. Он хочет познакомиться с моей женой, — шаги начинают отдаляться, но я не рискую открывать глаза.

— Я никуда не поеду, — хочется добавить “тем более с тобой”, но в последний момент получается сдержать порыв.

Шаги затихают. Дрожь проходит по позвоночнику, стоит подумать о том, что я могла своим непослушанием только все испортить. Считаю вдохи и выдохи, плечи затекают, переплетенные пальцы начинают болеть. Муж не приближается. Но его присутствие заставляет волоски на затылке встать дыбом.

Меня так и подмывает посмотреть на него, забраться к нему в голову, узнать, что там на самом деле происходит. Но воспоминание об обнаженной коже, утопающей в солнечных лучах, не дает даже лишний раз пошевелиться.

— Ты поедешь! — от меня не скрываются приказные нотки в голосе Руслана.

Страх смешивается с гневом, превращаясь в огнеопасную смесь, которая начинает недовольно ворочаться кожей и грозит вот-вот взорваться, чтобы вырваться наружу. Держусь, не желая провоцировать мужа. Сначала нужно понять, как освободиться от брака, а потом действовать.

— Просто скажи, что я заболела, — стараюсь говорить спокойно. — Тем более, это недалеко от правды.

Воспоминание о том, как меня вывернуло прямо на носки Руслана, вызывает ликование в груди. Уголки губ начинают подрагивать. Мне приходится сдерживаться изо всех сил, чтобы не расплыться в злорадной ухмылке.

— Если хочешь узнать, почему я не даю тебе развод, — Руслан мгновение замолкает, а я распахиваю глаза, смотрю на него, но вижу только обнаженные ягодицы, — то поедешь со мной, — бросает хитрый взгляд через плечо. — У тебя два часа, — недолго смотрит на меня, после чего выходит и закрывает за дверь, оставляя на меня наедине с непониманием.

Размеренное покачивание автомобиля не очень хорошо отражается на моем все еще пустом желудке. Запах натуральной кожи, который до сих пор не выветрился из нового автомобиля только раззадоривают едва утихомирившуюся тошноту. Приходится заставлять себя глубоко и размеренно дышать, сидя на переднем сиденье машины рядом с… мужем.