— Тогда давай начнем сначала, — тетя Света опрокидывает в себя остатки чая, ставит чашку на стол, после чего снова откидывается на спинку кресла. Закрывает глаза, то ли наслаждаясь солнышком, то ли проносясь в прошлое. — Я устроилась работать няней в семью Руслана, когда он только родился. Алевтина сразу же укатила на курорт “восстанавливать здоровье”, а Петру некогда было присматривать за ребенком, вот он и решил нанять меня. Руслан был таким хорошим мальчиком, почти никогда не плакал и не капризничал. Мне с ним было легко. Я, конечно, не думала, что задержусь надолго на этой работе, — нежно улыбается. — Но, как видишь, я все еще здесь, — резко становится серьезной. Открывает глаза. Вперивается в меня взглядом. — Я не хочу принизить в твоих глазах Алевтину, но мать она, правда, так себе. Вместо того, чтобы заботиться о сыне, ее больше интересовали светские рауты и кофе-брейки со сплетнями с подружками. Да, знаю, что Петр ей тоже мало внимания уделял, если ты понимаешь, о чем я, — хмыкает, — но, знаешь, по-моему, это не повод забывать о сыне.

Тетя Света ненадолго прерывается, восстанавливает сбившееся дыхание, а я не могу пошевелиться. В голове становится пусто. Обращаюсь в слух. Стук сердца отдается гулом в ушах. Страшно пропустить что-то важное, поэтому перестаю дышать. Жду. Мне важно узнать больше. Очень сильно этого хочу.

— В общем, если быть краткой, я растила Руслана. Хоть не могла заменить ему маму, но старалась делать все, что могла. Наверное, у меня получилось, раз я все еще здесь, — женщина поднимает взгляд на дом. Легкие начинаю гореть, и я резко выдыхаю. — А этот мальчишка умеет быть благодарным.

В его голосе проскальзывают благодарные нотки, и я не выдерживаю:

— Что вы имеете в виду? — озноб проходится по коже. Кажется, что я вот-вот узнаю кое-что важное.

Тетя Света переводит взгляд на меня, в ее глазах плещется истинная любовь. Она такая яркая, что у меня режет в груди. Подобный взгляд я видела только у дедушки, когда он прощался со мной, прежде чем уйти.

Он словно говорил: «Даже если меня не будет рядом, я буду всегда рядом». Боль, которая совсем немного притупилась, разгорается с новой силой. Тру грудь, прежде чем зажать руки между бедер.

— Мою дочку бросил муж, когда она была беременна близняшками, — тетя Света стискивает челюсти, ее лицо ожесточается. — Переметнулся к блондинистой цыпе с накаченными губищами, — женщина кривится. — Правда, через год, когда та пнула его под зад, приперся подлизываться, но Ленке он уже был не нужен. Руслан помог ей найти работу, оплатил аренду квартиры на три года вперед, чтобы она не беспокоилась по этому поводу, и даже детей каждый год со всеми праздниками поздравляет. Подарки привозит, — качает головой. — Вон, на Новый год ребятам по телефону подарил, хотя им только пять. Я бурчала, что еще рано, но когда пришла за ними в садик, поняла, зачем Руслан это сделал. Там все дети от телефонов не отлипают, ребята в счастье, — женщина широко улыбается. — Так, что не переживай сильно из-за… — указывает подбородком на мой живот. — Руслан нормально отнесется, — подмигивает.

— Не в этом дело, — шепчу, переведя взгляд на сад за спиной тети Светы.

— А в чем? — настороженно спрашивает она.

Горло перехватывает. Хочу поделиться с доброй женщиной своими переживаниями, но слова все никак не выбираются наружу.

— Если переживаешь из-за Вики, то не стоит, — тетя Света будто читает мои мысли. Снова смотрю на нее.

— Почему? — прикусываю губу.

— Если бы она была нужна Руслану, он бы уже женился на ней, — женщина пожимает плечами.

Разочарование разливается по телу. Опускаю взгляд на полупустую тарелку, скольжу им по белым бугоркам творога с разноцветными вкраплениями.

— На мне он тоже не хотел жениться, — признание дается мне с трудом.

Тетя Света заливисто смеется, поднимаю на нее непонимающий взгляд.

— Машенька, ты должна кое-что понять, девочка, — говорит она, когда от смеха остается только задорная ухмылка. — Руслана нельзя заставить делать то, что он не хочет. Тем более, женится на ком-то. Не знаю, из-за чего ты переживаешь. Но уверена, тебе нужно прекратить волноваться. Если бы Руслан хотел избежать свадьбы, то нашел бы способ это сделать, — в глазах появляется лукавый огонек. — Руслан — не подарок, это точно. Но если ты дашь ему шанс узнать себя и захочешь узнать его, еще покажешь, что такое настоящая, любящая семья, он на руках носить тебя будет, — женщина подмигивает мне, после чего поднимается. — Мне пора обед готовить, а ты подумай над моими словами. Помнишь же, красавице удалось растопить сердце чудовища? А у тебя есть причина дать Руслану шанс исправиться, даже если он накосячил, — она больше ничего не говорит, просто уходит, оставляя меня наедине с мечущимися мыслями.

Исправить? Измену на свадьбе? Не уверена, что я смогу такое простить.

Хочется сказать тете Свете, что это она не понимает, но женщина уже скрывается в доме. Есть мне больше не хочется, поэтому я тоже встаю из-за стола. Угнетаемая сумбурными мыслями, поднимаюсь на второй этаж и направляюсь в свою комнату.

Стоит мне переступить порог, как раздается пиликанье телефона, оповещающее о пришедшем сообщении. Сердце пропускает удар. В голове появляется образ Руслана. В груди теплится надежда, что это он мне написал. Поэтому как можно быстрее преодолеваю расстояние до кровати, подхватываю телефон, разблокирую.