Я так надеялась на брата. Да я жила все это время мечтами, что однажды Леша обязательно меня разыщет. Спасет от монстра в человеческом обличье... А теперь моя надежда буквально тает на глазах. Я все хватаюсь за нее онемевшими пальцами, пытаюсь удержать, но она неумолимо ускользает от меня. Сочится как песок сквозь пальцы... исчезает.

Сзади слышатся шаги. Кто-то из охраны приседает рядом и заключает меня в свои объятия. Незнакомый запах ударяет в нос, мышцы напрягаются от такого близкого контакта, но я не реагирую.

Больше нет сил.

Ничего нет...

Как я переживу все это?! Как?!

– Варвара, прошу вас, встаньте. Нельзя, чтобы вас видели в таком состоянии. Если хозяин узнает...

Мужчина замолкает на полуслове.

Мы оба прекрасно знаем, ЧТО будет, если он узнает.

Невольно оглядываюсь по сторонам, но машины мужа так и не нахожу. Уехал. Добился своего и отправился восвояси. Ненавижу!

– Пожалуйста, – охранник поглаживает меня по голове, держит за руку, как несмышлёного ребенка, а я все продолжаю тонуть в своей истерике. Захлебываюсь рыданиями. – Я провожу вас до вашей комнаты. Давайте.

Потом он помогает мне подняться и, придерживая за плечи, заводит на территорию особняка. Молчит. Да мне и не нужно, чтобы он что-то говорил. Обстоятельства не располагают от слова «совсем». Единственное, о чем я могу думать - ситуация, в которой оказалась.

В которую САМА себя вогнала.

Уже на подходе к дому замечаю еще одного охранника. Высокий блондин в черном камуфляжном костюме. Такой же, как и все остальные.

– Тарас, что случилось? – обращается к моему проводнику. На меня он не смотрит. – Может позвать кого-то из горничных?

А у самого в глазах плещется... жалость? Серьезно? Эти убийцы способны и на такое?

– Не стоит. Я сам.

Мужчины обмениваются короткими фразами, но я не слушаю.

Меня глючит. В ушах все еще звенят слова брата. Его взгляд стоит перед глазами... Злой. Мрачный. Без тени прежней любви.

Я справилась со своей задачей. Леша поверил в сказку про мою безумную любовь к мужу и нежелание иметь с ним что-либо общее.

Сегодня Варя Денисова умерла окончательно. Скончалась в тяжких муках, сломленная и выпотрошенная жизнью.

Я ее убила. Похоронил под обломками прошлого вместе со всеми надеждами, мечтами и... любовью.

Отныне и навсегда я - жена бизнесмена Гордеева. Его марионетка... Пустышка, как сказал брат.

Не замечаю, как оказываюсь в своей спальне.

Тарас доводит меня до постели и только после этого отпускает. Делает шаг назад, создавая необходимую дистанцию.

Уходить не торопится. Будто задумался. Придумывает, как поступить.

Минута. Вторая.

Время пролетает со стремительной скоростью.

Я так и сижу, не в силах сдвинуться ни на сантиметр. Первый шок вместе адреналин от произошедшего ушел, оставив после себя ощущение полного раздрая. И горечь. Противную, вязкую, как кофейный осадок.

Это конец, Варя. Ты окончательно погрязла в этой паутине. Захлопнула единственную дверь на свободу...

Говорю себе и не верю. Мысленно проклинаю себя последними словами.

И тут же жалею об этом, вспоминая о дочери. У меня все еще есть она - мое личное маленькое солнышко. Свет в конце этого непроходимого туннеля. Разве этого мало? Разве не чудо, что мы вообще живы? Что мы вместе?

Ход моих мыслей прерывает Тарас.

– Я попрошу, чтобы вам принесли успокоительное. Или может хотите чаю? С травами. Мне он всегда помогает...

Каждое слово говорит тихо, с приятной хрипотцой. Со мной давно никто так не разговаривал... С тех пор, как моя жизнь перестала быть моей...

– Уходите, – пытаюсь произнести как можно тверже, но голос дрожит. Я не знаю, что от него ожидать. В простую человеческую доброту я уже не верю. За все в этом мире приходится платить. Не хочу быть обязанной еще и ему. – Мне ничего не нужно.

Мужчина не реагирует. По крайней мере, внешне. Все тот же проницательный взгляд светло-карих глаз, та же натянутая улыбка. Даже пальцы, сцепленные в замок... Камень. Ничем не лучше Гордеева.

У морального урода просто не может быть другого окружения... Так?

– Хорошо, – произносит после короткой паузы, отворачиваясь. – Но горничную я все равно позову. Вам надо обработать колени.

На автомате смотрю на свои ноги. И тут же отворачиваюсь.

Кровь...