Включаю прикроватную лампу, смахиваю испарину с лица и шеи. За ребрами бьется в агонии взбесившееся сердце. Машинально нащупываю ладанку на груди – и сгребаю её в кулак. Это всё, что осталось мне вместо утерянного жетона. Святой Николай – покровитель моряков.

«Пусть он бережет тебя»

Не подвел, с того света меня вернул. Вырвал из ада живым, но бракованным и пустым.

- Опять кошмары? – суетится Альбина. - Твои таблетки... - берет с тумбочки баночку и стакан воды. - Может, увеличить дозу?

- Убери, - раздраженно взмахиваю рукой.

Цепляю её кисть, случайно выбиваю лекарства из слабых, трясущихся пальцев – и таблетки рассыпаются по постели. Небрежно смахиваю на пол все до единой.

- Мне хватит, - устало откидываюсь на подушки. – Возвращайся к Мишане. Ты должна быть с ним, как мы и договаривались.

- Сыночек спит, не волнуйся. Я хотела бы немного побыть с тобой, пока не уснешь. Мало ли что.…

Она проводит по моему плечу ладонью, которую я импульсивно убираю.

- Уходи, - чеканю строго. – Спокойной ночи.

Альбина кивает, не проявив ни намека на обиду. Гордо, с чувством собственного достоинства покидает мою спальню. Лишь дверью хлопает чуть громче обычного.

Я хочу вернуться в свой кошмар, который вижу каждую ночь на протяжении семи лет. Но именно сегодня это желание особенно сильно и непреодолимо.

Стоит мне сомкнуть глаза, как телефон на тумбочке вибрирует.

Кому не спится в такую рань? Так же, как и мне, будто мы связаны духовно. Разве что тому, у кого тоже тревога и бессонница или…. двоё детей, требующих внимания в любое время суток.

«Я всегда возвращаю долги, Михаил Янович. Поэтому я согласна помочь вам», - горит на дисплее. Каждая буква объята пламенем.

Неожиданно!

Впиваюсь взглядом в имя отправителя. Перечитываю сообщение. Не сразу понимаю, что Настя пишет о свадьбе. Сама того не ведая, простой фразой она попала четко в цель.

Мне действительно нужна помощь. Сейчас как никогда.

Понимаю, что ступаю на скользкую дорожку, но пальцы набирают короткое, сдержанное «Спасибо», а уголки губ слегка тянутся вверх.

Значит, ещё увидимся.

Впервые за долгое время улыбаюсь, хотя думал, что разучился делать это. Атрофированные чувства потихоньку шевелятся в груди.

Я впускаю Настю в свои сны. Милую, хрупкую, воздушную, в легком васильковом платьице – такую, какой запомнил её в нашу последнюю встречу в салоне. Мы лежим вместе, не прикасаясь друг к другу, и просто разговариваем. Так тепло и непринужденно, будто знаем друг друга всю жизнь.

Пальцы покалывает от желания дотронуться до нее, подцепить прядь разметанных по подушке волос, обнять… Но дикий страх снова потерять ее останавливает меня. Не шевелюсь и почти не дышу, чтобы не спугнуть и не проснуться.

Впервые за семь лет ощущаю полное умиротворение, граничащее с истинным счастьем, будто наконец-то умер и попал в свой рай, где есть только она. Ее приятный смех ласкает слух, а потом превращается в трель звонка. Образ рассеивается, оставляя рядом со мной лишь пустую подушку.

Я нехотя размыкаю веки, поднимаю трубку трезвонящего телефона.

- М-м-м? – мычу недружелюбно, прикрывая лицо от солнечных лучей, пробивающихся через щель между неплотно задвинутыми шторами.

- Можно тебя поздравить, брат?

Голос Германа звучит бодро и довольно, в отличие от моего. По мне будто катком проехали. Голова раскалывается, но обезболами и снотворным злоупотреблять не хочу – мне за руль скоро садиться, чтобы ехать в спортивный центр. Тренировки должны отвлечь меня и привести в форму, как обычно. Заряда энергии хватит ровно до того момента, пока опять не наступит ночь и призрак не вернется.

– Задача под кодовым названием «Сафин» выполнена, - победно смеётся брат. - Психиатр, который пудрил тебе мозги и чуть не испортил нам обоим жизнь, наконец-то получил по заслугам. Ты отомстил за всех нас. Надеюсь, ты удовлетворен?

С трудом нахожу пульт от телевизора. По всем федеральным каналам крутится скандальная новость: «Вчера – выдающийся доктор с амбициями Фрейда. Сегодня – пациент психиатрической лечебницы. Мы продолжаем следить за делом Марата Сафина».

- Не особо. Эта мерзкая рожа лучше бы смотрелась за решеткой, - рычу зло. – Даже оказавшись в тупике, он умудрился выкрутиться.

- Не скажи, - спорит брат. – Для него это конец карьеры.