. Я не стала мешкать и спрыгнула со стола, поправляя платье и прическу. Было очень любопытно, что случилось. Раньше Лум никогда не бился в истерике, максимум – падал в обморок, и то при виде меня! – Что опять натворил этот заср… – бросив на меня мимолетный взгляд, Нордан передумал ругаться вслух и направился открывать. Все же помнят, что не надо распахивать дверь, если та открывается внутрь помещения, а кто-то активно стучит снаружи? Вот я помнила, а Нордан, похоже, нет. От удара в лоб его спасла лишь отменная реакция и умение уворачиваться от летящих в голову предметов и конечностей. Зато Лум подзабыл, что можно не рассчитать силы, поэтому по инерции полетел вперед и чуть не сшиб меня. Да, я не была настолько расторопной, как Ледяной король, и обязательно улетела бы вместе с Лумом. Но на помощь вновь пришел Нордан и его молниеносная реакция. Дернув за руку, он убрал меня с дороги Лума и позволил тому кувырком полететь на пол. – И что же у нас произошло на этот раз? – с деланым спокойствием поинтересовался Нордан, хотя был неимоверно сердит. – Бом… там… в малой зале… – выдохнул Лум нечто нечленораздельное и непонятное, отчего Нордан нахмурился. Надо отдать должное, он не пытался дальше расспрашивать бедолагу, который явно не смог бы ответить в таком состоянии, а быстрым шагом направился в коридор. Видимо решил лично увидеть, что происходит с Бомом в малой зале. Я же побежала за Норданом, потому что начала нервничать и переживать за дракона. Но как же удивилась, когда увидела в небольшом помещении мужчину вместо ледяного дракона! – Это кто? – шепотом поинтересовалась у короля, застывшего на входе с непередаваемым выражением лица. – Бом, – коротко отозвался Нордан, продолжая разглядывать незнакомца. – Ваше Величество! – воскликнул тот, заметив наконец наше присутствие. – Смотрите, я вернулся! Вот прямо во время испытания сентября, р-р-раз и стал вновь собой. Невероятно! Я думал, что уже никогда не стану прежним, а тут… Оу, вы не один. Он резко замолчал, с опаской глядя на меня, и даже сделал шаг назад. Не поняла, чем я успела его так сильно напугать? От удивления даже оглянулась на всякий случай, может кто-то стоит за моей спиной, но нет. Задумчиво нахмурившись, пригляделась к новому Бому, который внезапно показался очень знакомым, и увидела, как тот белеет. – Кажется, мы уже… Договорить не успела, поскольку мир перед глазами поплыл, а я оказалась на заснеженной поляне в темном лесу. Серебряный диск осыпал своим светом деревья, проникая сквозь кроны и отражаясь на снегу затейливым узором. В ночном небе бриллиантами мерцали яркие звезды, весело подмигивая своим подругам. А на небольшом поваленном ветрами бревне, прямо напротив меня, сидел молодой мужчина с длинными белыми волосами, которые сверкали в лунном свете, не хуже снега. – Слышала последние жуткие новости из мира людей? – он подался вперед, и заговорщически улыбнулся. Я очень старалась не поддаваться на его уловки. С того момента, как мы впервые встретились с Бомом, тот постоянно надо мной подшучивал. Не со зла, вовсе нет, просто отчего-то первый февраль оказался очень веселым и любил подтрунить над «глупой льдинкой». Да, так он назвал меня в первую нашу встречу в мире людей: глупая льдинка. – И не пытайся, Бом, я не больше не поведусь на твои уловки, – фыркнула, демонстративно опустив голову, и начала вырисовывать длинной веточкой узоры на снегу. – А будешь издеваться, пожалуюсь Эйдену… или Нордану. – Ну что ж ты такая скучная! Он, как маленький непоседливый ребенок, покачался из стороны в сторону и бросил взгляд в сторону тропинки. Мы ждали Лию, чтобы отправиться на встречу с зимними месяцами этого года, но та почему-то задерживалась. Видимо задержалась с новенькими льдинками, прибывшими во дворец. – Нет, я все-таки расскажу! – воскликнул Бом и засмеялся, заметив, что я скривилась. – Представляешь, в мире людей начали оживать кошмары. – Кошмары? – я удивленно приподняла брови и даже перестала рисовать. – Это еще что такое? Какие-то духи? – Можно сказать и так… – он вдруг стал до безобразия серьезным и на миг задумался, но после театральной паузы выдал: – Кошмары живут в глубинах снов и желаний. Они питаются страхами и втягивают людей в свой безбрежный мир, поглощая их разум и затягивая в бездну мрака. Вздрогнув, я поежилась. Вот любит он испугать до икоты! И ведь говорит еще так серьезно, будто эти… кошмары, на самом деле существуют и вот-вот придут за нами из темноты. Решила даже не думать о всякой гадости и сильней вцепилась в веточку, яростно елозя по снегу, отчего красивый узор превратился в нечто уродливое. – Ами, это правда, – вздохнул Бом. – Я видел их собственными глазами. Люди чувствуют присутствие кошмаров. К ним являются ужасные видения, проникая леденящим страхом в душу. Если внимательно смотреть в глаза собеседнику, то можно увидеть их, как вспышки мрака, которых становится все больше и больше, пока человек не проиграет. – И что же случается потом? – я все еще была настроена весьма скептически. – А потом люди теряют себя, – запрокинув голову, он посмотрел на небо. – Становятся бездушными злыми куклами, которые ни о чем не мечтают и приносят окружающим одно лишь горе в погоне за наживой и властью. Стало отчего-то очень грустно. Я встречала таких людей, помню их жуткие лица и глаза, где нет ничего светлого – одна пустота, рожденная из потерянной надежды. Глянув на месиво снега, в которое превратился мой узор, откинула веточку в сторону и недовольно поджала губы. – Но самое жуткое, что кошмары пытаются пробраться в наш мир, – вновь заговорил Бом, понизив голос, отчего его рассказ стал звучать еще страшнее. – И знаешь, духи страдают от них намного серьезней. Могут и исчезнуть… – Вот вы где! Звонкий голос Лии разрушил жуткую атмосферу, ворвавшись в рассказ Бома, и я выдохнула с облечением. А этот гаденыш вдруг весело подмигнул и шепнул: – Не переживай, Ами, в наш мир им не пробраться. – Конечно, – я кивнула, и фыркнула. – Они доберутся только до тебя, гадкий обманщик! Вскочив с бревна, я взмахом руки создала снежок и бросила в него, попав в плечо. Бом громко рассмеялся, чем лишь подтвердил, что в очередной раз заставил меня поверить в выдумку, а следом швырнул снежком в ответ со словами: – До меня им не добраться. Я же непобедимый февраль – самый первый! А вот маленьких глупых льдинок они заберут всех. У-у-у-у! Он поднял руки, изображая приведение и захохотал, прячась от меня за Лию. Знал, что я не стану бросать снежки в подругу. Так смеясь и подшучивая, мы и направились на встречу с месяцами. А уже позже, сидя в темной спальне, я внезапно вспомнила эту страшилку и передернула плечами. Вот умеет же Бом нагнать жути! – Еще не спишь? – неожиданно раздался голос Нордана. Я так задумалась, что даже не заметила, как он зашел в спальню. Но очень обрадовалась его своевременному появлению. Пока любимый рядом, никакие кошмары не смогут поселить страх в моей душе. Устало улыбнувшись, я подползла к Нордану поближе, когда тот уселся на кровать, и прижалась, вдыхая морозный аромат. – Не поверишь, но мы смогли за один вечер собрать почти всех, – пробормотала, потеревшись щекой о его плечо. – Так что завтра сможем спокойно запустить ход времени и устроить праздник. – Ты умничка, – Нордан поцеловал меня в нос, – но больше так не делай. Нам нет смысла торопиться. Время бесконечно. – Знаю, но я хочу праздник и танцы! – засмеялась, откидываясь на подушки, и потянула любимого за руку к себе. Он не стал противиться и улегся рядом, нежно погладив меня по щеке. Мой король, мой свет, мое сердце, моя жизнь. Так я и уснула вскоре в его объятиях, позабыв все жуткие рассказы, только во сне вдруг вновь оказалась на той поляне. Оглянулась по сторонам и увидела Бома, сидящего на поваленном бревне. Раскачиваясь из стороны в сторону, он тихо смеялся – хрипло, отрывисто, будто слушал злые шутки и сам был в шоке, что те ему нравятся. К тому же Бом совершенно не замечал ничего вокруг, и не обратил никакого внимания на мое появление. Немного потоптавшись на месте, я переборола иррациональный страх и шагнула вперед. Ведь что может произойти? Это всего лишь Бом – бывший февраль, которого я встретила среди людей и привела в мир иллюзий, чтобы подарить шанс на жизнь среди духов! Он любит шутить, подтрунивать надо мной, но никогда не таил злобы и не пытался намерено кого-то обидеть. Подошла ближе и притронулась к его плечу, привлекая внимание. На запястье тут же сомкнулись сильные ледяные пальцы, и я вскрикнула от боли. Бом вскинул голову и посмотрел на меня жуткими черными глазами без белков, где плескался мрак. Я отшатнулась, и попыталась выдернуть руку из захвата, но пальцы сжались еще сильней. Рывком дернув меня к себе, заставляя наклониться, мужчина вдруг криво усмехнулся и прошептал: – Они реальны, Ами, реальны! Мир иллюзий скоро погибнет. Захохотав, как сумасшедший, Бом вдруг вскочил на ноги и оттолкнул меня в сторону. Я оступилась, падая на землю, и начала спешно отползать подальше от свихнувшегося месяца. А тот внезапно закружился на месте в каком-то безумном танце и рассыпался темной пылью! Мой истошный даже не крик – вопль – сотряс воздух. Я в ужасе смотрела на темные частицы, которые разлетаются во все стороны, словно рой насекомых, и понимала, что мир иллюзий обречен. Но тут все смазалось перед глазами и в ушах зазвенел голос Нордана: – Проснись, Ами, – он тряс меня, как куклу, стараясь пробудить от жуткого сна. – Ну же, звездочка, открой глаза. Рывком сев в постели, я повернула голову к любимому и разревелась. Нордан на мгновение растерялся, а после прижал меня к себе и начал успокаивать. Он гладил меня по голове, шептал всякую милую ерунду, обещал, что никакие кошмары меня не достанут, но вдруг произнес: – Мрака нет, свет мой, и кошмары нереальны. – Они реальны! – закричала я, вырываясь из объятий. – Я видела их, Нордан! Своими глазами видела, как тебя сейчас. И раз уж ты не веришь мне, давай сходим к Бому, убедишься сам. В итоге Нордану ничего не оставалось, кроме как пойти со мной. И вскоре мы вломились к заспанному февралю прямо посреди ночи. Тот ошарашенно хлопал