Охрип. Говорил, наверное, часа два. Подробно рассказывал о слабых местах тварей. О том, что у них в кораблях есть особенности, из-за которых, если подойти вплотную...

Короче, я вывалил Президенту всё то, что не хотели слушать штабные. Все те, кто, прикрываясь своими расчётными схемами, утверждал, что успех моих парней — лишь статистическая погрешность.

Штабные крысы! Они даже хуже, чем инопланетные твари! Те, хоть понятно, хотели на наших планетах в почве поселиться. Люди им в этом мешали.

А наши-то аналитики! Сжал кулаки от застарелой злости. "Это статистически невозможно!" Хоть лоб об терминал расшиби!

Поэтому, видя, что Президент слушает, я не сдерживался. Всё вывалил. Всё. Вообще всё.

Когда я договорил, Президент кивнул, и сказал, что со мной свяжутся.

Из его кабинета я выходил с чувством тотальной безнадёги.

Неужели сдадим Конфедерацию Иным? Неужели конец?

Тем велико было моё потрясение, когда на следующий день я открыл терминал и увидел письмо с личной! почты Президента.

В приложении был приказ о моём назначении. Маршалом. Объёдинённым флотом Конфедерации.

Чувствуя, как в висках оглушительно бьёт пульс, а в груди давит, я смотрел на сопроводительное письмо с двумя фразами.

"Одобрю любое твоё решение. Действуй, Дарден".

До сих пор при воспоминании о том письме в висках давить начинает.

Президент сдержал слово. Всем моим диким приказам давали ход. Все мои безумные решения находили поддержку у Президента.

Конфедерация даже десяток попыток вооруженного переворота пережила, из-за того, что пытались сместить Президента. Потому что именно его винили в том, что он потакает действиям сопляка-маршала.

Так меня называли. Сопляк-маршал. За глаза. Потому что в глаза получали удар в челюсть.

С одного удара падали на пол. Потом вставали. И, если не швыряли мне на стол прошение об отставке, возвращались работать. Потому что кадры на вес золота.

Такие кадры, как Кир. Который, с одного моего удара рухнув на пол, полежав, и встав... пожал мне руку и заявил, что я безумец, но я хотя бы решительный и действующий безумец.

— Это всего лишь сбой в системе. Слишком мелко, чтобы бить тебе морду, Кир, — ответил я на шутку старого друга. — Вот если бы...

Я потёр лицо и тряхнул головой, выбрасывая из неё воспоминания о завершённой войне.

Мы победили.

Благодаря решению Президента сделать меня маршалом.

Благодаря всем тем, кто верил мне, и доводил до реализации мои безумные решения.

Благодаря таким, как Кир.

Сейчас мир. Не надо нам "если бы". Не надо.

— Не надо нам "если бы", — слово в слово повторяя мои мысли, произносит Кир.

Он подходит к моему терминалу, пользуясь моим допуском, подробно, но без лишних деталей, докладывает.

В целом, всё терпимо. Большинство резервных копий уже восстановлено. Кроме нескольких десятков несущественных.

— Покажи всё, что не получится восстановить, — приказываю я.

Да, это всё действительно несущественно.

Кир уже видит, что я расслабился и спокойно воспринимаю его доклад. Даже позволяет себе шутить.

Только вот после одной из шуток я конкретно так напрягаюсь.

— Я видел недавно репортаж из столичной академии, о твоей инспекции. Какие там курсантки, м... — мечтательно тянет Кир и выводит на экран терминала мой недавний приказ.

Да, курсантки там шикарны. Преподавательницы тоже неплохи.

Особенно одна. От груди и талии с задницей просто глаз не отвести.

Всю половину её лекции как подросток пялился, справляясь со стояком в штанах. Даже лицо не помню, только то, что очень красивая. Но больше на грудь и задницу пялился. И голос слушал, глубокий, мелодичный...

Жаль, что из-за этого сбоя меня в штаб дёрнули. Не дослушал лекцию, встал прямо посередине и ушёл. Смотрел бы и смотрел.

Вроде хорошо у меня всё с женщинами. Все самые красивые, стоит захотеть, мои.

Но такая острая реакция у меня в штанах была за всю жизнь лишь один раз. Кстати, те грудь и попку я тоже очень хорошо помню. Они были поменьше, чем у горячей лекторши, но тоже очень хороши.

Невольно хмурюсь. Тот случай лучше не вспоминать. Хреновое воспоминание. Как и в целом, о войне. Всё, Дард, всё. Было и прошло.

Я тру подбородок, хмуро глядя на текст, выведенный Киром, соображая, о чём этот приказ.

Точно! Очень хорошо его помню. Прорабатывали полгода. На этом приказе был отдельный фокус моего внимания.

— И что ты хочешь сказать, — медленно говорю я, — проект уже реализуют, а резервной копии нет?

— Именно, Дард.

— Этот проект — один из ключевых для флота, Кир. Давай посмотрим, что можно сделать.

В результате мы на пару с Киром истерзали запросами сеть генштаба и флота. Всё время приходили к одному итогу. Работу не восстановить.